На книгу Мой белый
Любовь художницы и врача - это почти Чехов. Но если добавить, что врач - женщина, то это уже минимум Каннингем. Но Буржская - и не Чехов, и не Каннингем, а русская Смилла с ее обостренным чувством человеческой души.
Любовь художницы и врача - это почти Чехов. Но если добавить, что врач - женщина, то это уже минимум Каннингем. Но Буржская - и не Чехов, и не Каннингем, а русская Смилла с ее обостренным чувством человеческой души.