РейтингиОтрывок из книги «Последний черновик»
Л И Л И М О К А Ш Ь
По с л е д ний
черновик
МОСКВА
УДК 821.161.1-31
ББК 84(2Рос=Рус)6-44
М74
Художественное оформление А. Андреева
Во внутреннем оформлении использованы иллюстрации:
© kichikimi, Innakote / Shutterstock.com FOTODOM
Используется по лицензии
от Shutterstock.com FOTODOM
В оформлении форзаца использована иллюстрация:
© Innakote / Shutterstock.com / FOTODOM
Используется по лицензии от Shutterstock.com / FOTODOM
Иллюстрация на переплете murakimyo
Мокашь, Лили.
М74 Последний черновик / Лили Мокашь. — Москва :
Эксмо, 2026. — 288 с.
ISBN 978-5-04-217090-4
Любовь бессмертной и смертного всегда приводит к трагедии.
Лиза знала это с самого детства: ей не раз рассказывали, чем закан-
чиваются подобные истории. Но когда в ее жизнь вошел Марк, Лизе
захотелось на секунду поверить в сказку со счастливым концом. Она
пыталась обмануть судьбу, спрятав Марка от клана вампиров.
И вот во время их совместного отдыха на ее ноутбуке появляется
незнакомый файл с текстом. Он начинает предсказывать события дня,
и это поначалу забавляет Лизу.
Но лишь до того момента, пока очередная страница не «пишет» о
смерти ее возлюбленного.
Первый раз ее вампирское сердце начинает биться в ужасе. Сколько
жизней Лиза готова отдать, чтобы спасти свою любовь?
УДК 821.161.1-31
ББК 84(2Рос=Рус)6-44
© Мокашь Л., 2026
ISBN 978-5-04-217090-4
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
Когда бессмертный умирает,
что остается тем, с кем он должен был
разделить вечность?
Плейлист
1. Marino — Devil in Disguise
2. Miley Cyrus — Wrecking Ball
3. Ravyn Lenae — Love Me Not
4. Dutch Melrose, Benny Mayne — Pretty Please
5. Jack Harris — Monsters At Your Door
6. Fassine — Feather Jesus
7. Cage The Elephant — Golden Brown
8. Souls — Another Man Done Gone
9. Woodkid — Run Boy Run
10. Djo — End Of Beginning
11. Lana Del Rey — Born To Die
Пролог
Было странно смотреть на гроб и знать, что внутри
ничего нет. Похороны нужны тем, кто остался, но
никак не тем, кто ушел. И в этом — их самая боль-
шая трагедия.
Несказанное вовремя теперь навсегда осядет тонким
слоем пепла в сознании и будет крутиться, как заевшая
пластинка, напоминая об упущенных моментах, когда
можно было лишний раз обнять. Успеть попрощаться.
Когда живешь среди вампиров, привыкаешь к мысли
о том, что смерть не то явление, которое застыло на по-
роге и ждет разрешения войти. Болезни обходили мой
клан стороной, а несчастные случаи не оставляли на на-
шей коже шрамов в напоминание о хрупкости оболочки.
Мы были обманчиво похожи на людей. Ходили сре-
ди них, вели себя, как они, так же работали и создава-
ли семьи. Некоторые из нас достигли вершин — строи-
ли корпорации, владели недвижимостью… И все равно
держались мы только своих. Любой вампирский клан —
закрытое сообщество, где правила диктуются главой.
Бессменный правитель балансирует на тонкой грани,
одновременно оберегая существование рода и наказывая
тех, кто ставил своими поступками других под удар. Но
9
Л И Л И М О К А Ш Ь
если глава клана мертв… сейчас мне меньше всего хоте-
лось думать об этом «а что, если», вот только мысли не-
угомонным вихрем продолжали носиться в голове.
За девятнадцать лет жизни в клане я привыкла к мыс-
ли о собственном бессмертии. Однако я никогда не дума-
ла, что она обманчиво создаст впечатление неуязвимости
окружающих меня людей.
Рано или поздно воздушные замки всегда разбивают-
ся о реальность. Я стояла на осколках своих убеждений
и смотрела, как закрытый гроб опускается в яму, а мое
сердце саднило от образовавшейся на месте близкого
существа пустоты. Хотела бы я знать, как его занесло
в этот городок? Почему возник пожар, который оставил
от тела лишь пепел?
Вампиры клана в первом ряду расступились: наста-
ла моя очередь бросить на крышку гроба горсть земли.
Никто из присутствующих не знал, для чего это следует
делать: в конце концов, мы хоронили одного из своих
впервые за несколько сотен лет, но старались подражать
людям в их традициях, ведь никогда не знаешь, кто и ко-
гда за тобой наблюдает.
Я подошла к краю ямы и зачерпнула в ладонь горсть
земли. Пальцы мяли влажную массу, ладонь приятно по-
щипывало. Солнце проникало в яму, рассеивая тьму. На
безупречно гладкой крышке гроба мерцали рубиновой
россыпью блики.
Настало время прощаться. Мне нужно было сказать
что-то, как говорили остальные, — в конце концов, он
был моим отцом, но в горле образовался ком. Все проис-
ходящее ощущалось неправильно.
Гроб без мертвеца.
Пожар, что не оставил от тела и следа.
Глава 1
ЛИЗА
–Никогда не понимал, зачем ты носишь цветные
линзы.
В салоне машины тихо звучал бит знакомой
песни, который в последнее время крутили по всем ра-
диостанциям. За эту поездку мелодия попалась нам уже
в третий раз. Не то чтобы она мне не нравилась: наобо-
рот, мотив легко запоминался и заставлял отбивать ритм
указательным пальцем по кожаной обивке рулевого ко-
леса, даря затекшему в дороге телу хоть какое-то движе-
ние. Особенно сейчас, когда я без остановок гнала три
часа, сменив монотонную пробку Ленинградского шоссе
на дневной простор областной трассы.
Утром в будни никто не спешил за город. Все было
ровно наоборот: люди направлялись в сердце столицы,
стараясь ухватить за хвост мечту и не отпускать. При-
умножать благо, надеяться на светлое, лучшее, пока есть
силы и течет кровь в жилах.
Я же бежала прочь, пока город-миллионник, как
огромное чудовище, не сожрал меня целиком. Но, что
еще страшнее, он мог сначала пережевать, посмаковать,
11
Л И Л И М О К А Ш Ь
а затем призадуматься: проглотить добычу сейчас или
поиграться еще, позднее?
— Мне так больше нравится, — я безразлично повела
плечом, как делала всегда, когда не могла сказать Мар-
ку правду. Чем беззаботнее это смотрелось со стороны,
тем быстрее разговор сам собой сходил на нет. Во вся-
ком случае, мне так казалось. Нельзя было задумывать-
ся перед ответом всерьез — тело сразу сковывало напря-
жением. За полгода, проведенные со мной, Марк успел
присмотреться к тому, как я двигаюсь, реагирую, выра-
жаю эмоции, и это становилось проблемой. Он начинал
подмечать детали. Видеть настоящую меня за покровом
привитой с детства лжи, которая до сих пор позволяла
мне жить среди людей.
— Но почему именно серые? Ты с ними выглядишь,
как вечно голодная волчица.
Мои губы в омерзении дрогнули от упоминания пу-
шистой твари, но я быстро взяла себя в руки. Какой мет-
кий, удачный пример. Самое то, чтобы вызвать у вампи-
ра отвращение.
Попал точно в цель.
На мгновение я отвлеклась от дороги и перевела
взгляд на Марка, который расслабленно откинулся на
пассажирском сиденье и смотрел в окно на лесной пей-
заж, подпирая рукой острый подбородок.
Нет, он не мог знать.
На щеках у него виднелась двухдневная щетина, а под
глазами залегли темные круги. Пусть Марк не жаловался
вслух, но я знала, что ночные кошмары мучили не толь-
ко меня: попробуй поспи нормально, когда твоя девуш-
ка принимается орать во всю глотку вместо будильника.
12
П О С Л Е Д Н И Й Ч Е Р Н О В И К
Я не помнила наутро своих снов, но мне это и не нуж-
но было, чтобы понять, кто преследует меня. Вернее ска-
зать, что преследует. Проблема лишь в том, что я не зна-
ла наверняка, виной тому происки умелой ведьмы или
кого-то, кто намного искуснее и сильнее. Кого-то, о чьем
существовании я не успела узнать за короткие девятна-
дцать лет на земле.
— Я думала, тебе во мне все нравится.
— Нравится. — Марк накрыл мою руку, которая ле-
жала на руле, своей. Его длинные пальцы переплелись
с моими.
— Как всегда, холодные. Даже летом, — резюмировал
Марк, и по теплым нотам его голоса я легко представи-
ла, как он улыбается. — Знаешь, а ведь я даже не могу
вспомнить, какого цвета твои настоящие глаза.
Красного. Насыщенно-красного.
— Должна же в женщине оставаться загадка, — от-
шутилась я и постаралась его отвлечь: — Попереключай
радиостанции, а? Если я в четвертый раз услышу этот
трек, то с удовольствием направлю машину в ближай-
ший столб, как тот парень.
Я указала на аварию, мимо которой мы проезжали.
Рядом с полицейской машиной стояла «скорая».
Ни огней, ни сирен. Спасать уже было некого.
Марк замер, заметив ужасную картину. Мы пронес-
лись мимо, но по выражению его лица я догадалась, что
увиденное ярко отпечаталось в его сознании.
— Не шути так.
Ну вот, опять начинается. Я медленно вдохнула
и выпалила фразу, которую говорила в таких случаях
всегда:
13
Л И Л И М О К А Ш Ь
— Машины бьются, самолеты падают, а поезда сходят
с рельсов. И что?
— Как это «и что»? Водитель погиб, и кто знает,
сколько в салоне было пассажиров.
Я пожала плечами. Этот разговор повторялся из раза
в раз и вызывал во мне лишь скуку.
— Зачем сожалеть о незнакомцах?
— Эмпатия, Лиза. Испытывать сострадание к другим
людям называется эмпатией. Знакомься.
Я прыснула и плотнее сжала пальцами руль. Эмпа-
тия, тоже мне.
Из нас двоих Марк теплее относился людям. Даже
к тем, кого видел впервые. Для него будто не существо-
вало деления на своих или чужих. Стоило подвернуться
случаю, так Марк бросался на помощь первому встречно-
му, отдавая всего себя без остатка. Бескорыстно, самоот-
верженно. И глупо. Эта особенность удивила меня, стоило
узнать Марка поближе. Его фасад предлагал миру холод-
ного и рассудительного программиста, приверженца по-
рядка и логики. Однако стоило речи зайти об эфемер-
ном, чувственном, а не о строчках кода и вычислениях,
как Марк перевоплощался в парня с тонким душевным
устройством. Его сердце сочилось бесконечным сочувстви-
ем. И кровью, чей запах будоражил внутри меня жажду.
Я старалась не привязываться к людям, хотя бы по-
тому, что каждый незнакомец мог потенциально оказать-
ся моим завтрашним обедом. Никто не станет нежничать
с гусем, прежде чем пустить его на фуа-гра. Такова су-
ровая правда пищевой пирамиды, в которой я занимала
почетное место на ступень выше главного достижения
эволюции — человека.
14
П О С Л Е Д Н И Й Ч Е Р Н О В И К
Удивительно, как две настолько разные личности мог-
ли полюбить друг друга. Как я могла начать чувствовать
и привязаться к другому существу, которое никогда не
впишется в порядки древнего вампирского клана?
Марк стал единственным исключением из моего самого
главного правила: не сближаться ни с кем из мира людей.
Он ворвался в мою жизнь без спроса, быстро устроился
в кресле моей души, намертво вцепившись в обивку, и не
отпускал уже полгода: срок, очень короткий для существа
вроде меня и намекающий на серьезное развитие отноше-
ний в ближайшем будущем — для него. Я знала, что ходи-
ла по тонкому льду, с любопытством ожидая, когда и по-
чему нашей сказке наступит конец, но вместо него каждый
раз приходил новый день, в котором Марк вновь удивлял
меня своей… человечностью?
— Долго еще ехать? — спросил он.
Я перевела взгляд на телефон на специальном крепле-
нии. На экране было выведено приложение навигатора.
— Чуть меньше часа.
Марк обреченно выдохнул и попытался потянуться
в кресле, что с его ростом было сложно сделать в низ-
ком седане бизнес-класса, который я позаимствовала
у отца. Во всяком случае, мне было легче думать, что я
одолжила машину на время, будто бы планировала на
самом деле ее когда-либо отдать, а сам папа — вернуться
в мир бессмертных. Слово «наследство» резало изнутри
острым лезвием ножа, а я устала браться за его руко-
ять и в очередной раз проворачивать в своем сердце. Са-
мообман — скользкая дорожка, но порой именно на ней
тебе легче балансировать, приходя в себя после событий,
которые навсегда оставили след в памяти.
15