Рейтинги
Мария
2026-01-26
Поздно ли искать свой Эверест?
В суете дней, в беге, многие из нас вдруг останавливаются, и задают себе вопрос: «А в чём, собственно, смысл?» Мы оглядываемся на прожитые годы, словно перебирая страницы старого альбома, и с недоумением считаем достижения, будто вычеркивая пункты из некоего вселенского списка. И в этой бухгалтерии души вдруг с болезненной ясностью понимаешь: не той жизнью жил, не о том мечтал. Пройденный путь кажется чужим маршрутом, а время - безжалостным песком, утекающим сквозь пальцы, который не собрать и не вернуть назад.
«К концу жизни ты решил исправиться... ты понял, что можно было жить иначе, а не по законодательству общества»
Но однажды, когда, кажется, уже поздно что-либо менять, наступает этот самый момент. Момент, когда душа, уставшая от компромиссов, вдруг требует правды. Когда сон разума окончательно рассеивается, обнажая простое и страшное: дальше так нельзя. И именно тогда, в этой точке разлома, может начаться самое важное путешествие - путешествие к самому себе. Как это происходит с героем книги, который, отринув всё, отправляется навстречу холодным ветрам Тибета и своему внутреннему «Каравану» - последней, отчаянной и прекрасной надежде на верный путь.
«Загибать пальцы, перечисляя, что не сделал за прожитые годы? Фу, какая ерунда... Никому не интересна эта бухгалтерия».
Роман Марка Розина это глубокое и всестороннее размышление на тему поиска смысла, столь характерная для тех, кто приближается к рубежу зрелости и оглядывается на прожитые годы. Известный бизнес-консультант в этой работе предстает не как эксперт по эффективности, а как тонкий психолог и философ, проводящий своего героя, и нас читателей, через череду внутренних и внешних путешествий к сути человеческого существования.
В центре повествования - Лев, мужчина за шестьдесят, который, казалось бы, достиг возрастной вершины, но вместо покоя обнаруживает внутри пустоту и смутную неудовлетворенность «скучной и банальной» жизнью. Его поездка в Тибет становится не просто туристическим или даже духовным туром, а мощным катализатором для пересмотра всех жизненных координат. Тибет здесь не просто экзотическая локация, а состояние сознания, пространство, где обостряется восприятие, а границы между реальным и мистическим, жизнью и смертью, подвигом и безумием истончаются. Кладбище, где Лев подсчитывает могилы и размышляет о боли как привилегии живого, базовый лагерь Эвереста как «огромный муравейник» человеческих амбиций, встреча с таинственным беловолосым стариком, который, возможно, спустился с самой вершины мира - все это этапы его внутреннего перерождения.
«Потому что впервые за долгие годы я что-то захотел. Жар-птицу в небе, Караван в Тибете».
Главные вопросы, которые поднимает автор, актуальны, и самый главный: для чего я жил? Что осталось после меня? В чем подлинность моих чувств? Имеет ли смысл «загибать пальцы», подсчитывая достижения, если на Божьем суде эта «бухгалтерия» никому не интересна? Лев осознает, что жил, как все, по чужим правилам, а его любовь, возможно, была не совсем настоящей. Его прозрение парадоксально: чтобы обрести смысл, нужно отправиться на поиски почти мифического «Каравана» - символа неуловимой, неподконтрольной рассудку цели, которая важна не результатом, а самим процессом искания. «Нет ответа — но он и не нужен» - заключает Лев.
«Нет цели в моей жизни. Нет отношений в моей жизни. Я мертвый день, который постепенно превращается в труху».
Автор пишет простым, сжатым языком, похожим на записи в дневнике. Он подробно описывает быт и детали путешествия. Это постепенно складывается в цельную картину внутреннего мира человека на перепутье.
Особенно впечатляет, как автор избегает прямых наставлений и готовых ответов. Тибет не становится волшебной таблеткой. Даже достигнув базового лагеря, Лев не обретает просветления, а лишь острее чувствует свою «тошноту» от самокопания. Духовные учителя здесь не гуру, а такие же искатели: Юдит, говорящая о «сорока годах перехода между мирами», или старик, шутящий о спуске с Эвереста. Даже идея «Каравана» не истина в последней инстанции, а гипотеза, «мираж», дающий, однако, «хоть какую-то надежду» и, главное, движение.
Этот роман про человека, который ищет точку опоры внутри себя, используя внешнее путешествие как зеркало. Это книга-приглашение задуматься о том, что мы считаем «настоящей» жизнью, и о том, никогда ли не поздно пойти за своим «Караваном», какой бы иллюзорной ни казалась эта цель.
В суете дней, в беге, многие из нас вдруг останавливаются, и задают себе вопрос: «А в чём, собственно, смысл?» Мы оглядываемся на прожитые годы, словно перебирая страницы старого альбома, и с недоумением считаем достижения, будто вычеркивая пункты из некоего вселенского списка. И в этой бухгалтерии души вдруг с болезненной ясностью понимаешь: не той жизнью жил, не о том мечтал. Пройденный путь кажется чужим маршрутом, а время - безжалостным песком, утекающим сквозь пальцы, который не собрать и не вернуть назад.
«К концу жизни ты решил исправиться... ты понял, что можно было жить иначе, а не по законодательству общества»
Но однажды, когда, кажется, уже поздно что-либо менять, наступает этот самый момент. Момент, когда душа, уставшая от компромиссов, вдруг требует правды. Когда сон разума окончательно рассеивается, обнажая простое и страшное: дальше так нельзя. И именно тогда, в этой точке разлома, может начаться самое важное путешествие - путешествие к самому себе. Как это происходит с героем книги, который, отринув всё, отправляется навстречу холодным ветрам Тибета и своему внутреннему «Каравану» - последней, отчаянной и прекрасной надежде на верный путь.
«Загибать пальцы, перечисляя, что не сделал за прожитые годы? Фу, какая ерунда... Никому не интересна эта бухгалтерия».
Роман Марка Розина это глубокое и всестороннее размышление на тему поиска смысла, столь характерная для тех, кто приближается к рубежу зрелости и оглядывается на прожитые годы. Известный бизнес-консультант в этой работе предстает не как эксперт по эффективности, а как тонкий психолог и философ, проводящий своего героя, и нас читателей, через череду внутренних и внешних путешествий к сути человеческого существования.
В центре повествования - Лев, мужчина за шестьдесят, который, казалось бы, достиг возрастной вершины, но вместо покоя обнаруживает внутри пустоту и смутную неудовлетворенность «скучной и банальной» жизнью. Его поездка в Тибет становится не просто туристическим или даже духовным туром, а мощным катализатором для пересмотра всех жизненных координат. Тибет здесь не просто экзотическая локация, а состояние сознания, пространство, где обостряется восприятие, а границы между реальным и мистическим, жизнью и смертью, подвигом и безумием истончаются. Кладбище, где Лев подсчитывает могилы и размышляет о боли как привилегии живого, базовый лагерь Эвереста как «огромный муравейник» человеческих амбиций, встреча с таинственным беловолосым стариком, который, возможно, спустился с самой вершины мира - все это этапы его внутреннего перерождения.
«Потому что впервые за долгие годы я что-то захотел. Жар-птицу в небе, Караван в Тибете».
Главные вопросы, которые поднимает автор, актуальны, и самый главный: для чего я жил? Что осталось после меня? В чем подлинность моих чувств? Имеет ли смысл «загибать пальцы», подсчитывая достижения, если на Божьем суде эта «бухгалтерия» никому не интересна? Лев осознает, что жил, как все, по чужим правилам, а его любовь, возможно, была не совсем настоящей. Его прозрение парадоксально: чтобы обрести смысл, нужно отправиться на поиски почти мифического «Каравана» - символа неуловимой, неподконтрольной рассудку цели, которая важна не результатом, а самим процессом искания. «Нет ответа — но он и не нужен» - заключает Лев.
«Нет цели в моей жизни. Нет отношений в моей жизни. Я мертвый день, который постепенно превращается в труху».
Автор пишет простым, сжатым языком, похожим на записи в дневнике. Он подробно описывает быт и детали путешествия. Это постепенно складывается в цельную картину внутреннего мира человека на перепутье.
Особенно впечатляет, как автор избегает прямых наставлений и готовых ответов. Тибет не становится волшебной таблеткой. Даже достигнув базового лагеря, Лев не обретает просветления, а лишь острее чувствует свою «тошноту» от самокопания. Духовные учителя здесь не гуру, а такие же искатели: Юдит, говорящая о «сорока годах перехода между мирами», или старик, шутящий о спуске с Эвереста. Даже идея «Каравана» не истина в последней инстанции, а гипотеза, «мираж», дающий, однако, «хоть какую-то надежду» и, главное, движение.
Этот роман про человека, который ищет точку опоры внутри себя, используя внешнее путешествие как зеркало. Это книга-приглашение задуматься о том, что мы считаем «настоящей» жизнью, и о том, никогда ли не поздно пойти за своим «Караваном», какой бы иллюзорной ни казалась эта цель.
