Взгляд ее скользнул по лицам и резко остановился, наткнувшись на пару глаз, смотревших на нее исподлобья. Она сразу узнала его. Круглое лицо с симпатичной ямочкой на подбородке. Густые брови и смешной вихор на голове. Он мог бы быть приятным человеком, он мог быть честным семьянином, он даже мог бы быть ее мужем…

Лейтенант наклонился, сразу уловив слабый запах крови и тлена. Медленно выпрямился, разом поняв, что лежит в этой незамысловатой таре, любимом сосуде всех домохозяек. Окровавленное, покрытое застарелыми пятнами крови, женское платье и нижнее белье…

Удар был настолько силен, что капитан кулем рухнул на пыльную траву, не в силах сделать вздох. Лежа на боку и задыхаясь от боли, он все же успел увидеть мелькнувший силуэт мужчины, убегающего в темноту.

В ту секунду, когда их глаза встретились, она прочитала в них свой приговор. И с этого момента только смерть могла завершить этот черный танец. Конечно она сопротивлялась, простая советская девушка, она истово цеплялась за остатки своей жизни, но куда там… Сто килограммов озверевшего мужчины вершили свое пиршество…

Дрожащими руками, упираясь в плавный изгиб металла потянул капот. Тотчас в нос ударил сладковатый запах крови. Чужой крови… Ноги опять подкосились и, чтобы не упасть, пришлось задом упереться в деревянную обшивку створки ворот. Оставляя красные пятна на стене, он включил лампочку под потолком и тупо уставился на ворох окровавленных тряпок в тесном стальном пространстве.

Тут-то его и ждал сногсшибательный сюрприз. Две толстых пачки двадцатипятирублевых купюр и, самое удивительное – пачка долларов, которые сами по себе, ввергли его в священный шок, ну, а остальное содержимое шкатулки, находящейся в коробке, заставила его в изумлении сесть на промасленный пол.

Внешне в жизни ничего не менялось. Работа в редакции на 11-й улице – при этом работать приходилось по-настоящему, продвигать политику партии и правительства в американские массы. От прочих обязанностей в резидентуре его освободили – отнюдь не по причине хронической занятости разведчика (таковой как раз не было). Причина проста: повышенная активность вызывает повышенное внимание, а этого старались

Допрос «особо интересных» персон, предположительно связанных с ЦРУ или Пентагоном, проводился в ближайшей деревушке с названием Альда-Вербе. Большаков присутствовал, как статист, вел запись в блокнот. Допрос вели представители кубинской госбезопасности с каменными и весьма убедительными лицами. Каждому задержанному тонко намекали, что за посягательство на конституционный строй полагается кара.

Звонок в дверь отвлек от мечтаний. За порогом стояла симпатичная молодая женщина с темными волосами – коротко стриженная, кареглазая, со вздернутым забавным носиком. В глазах мерцал хитрый огонек. Барышня была худа, но не сказать, что болезненно. Необходимые выпуклости и вогнутости присутствовали. Она одевалась как-то по-мальчишески: брюки в обтяжку, черная короткая куртка.

Большаков не возражал. Спорный постулат, что больше видится на расстоянии. Кубинские товарищи выглядели озадаченными и обеспокоенными: с них же снимут три шкуры, если с голов советских гостей слетит хоть один волосок! Гайдуков украдкой ухмылялся: мы здесь хозяева, а не гости.

Она вошла, встала на цыпочки и припала к его губам. Закружилась голова. И не только у него – Георгий перехватил пакет, выпавший из ослабевших рук. В пакете было что-то тяжелое. Ну, конечно, выпить, закусить…

Георгий оторвался от витрины, двинулся дальше. Ситуация уже не забавляла, обеденный перерыв не резиновый. Улыбнулась девушка, идущая навстречу, задержала взгляд – явно превысив отпущенное правилами приличия время. На другой стороне доргги возводили дом – взамен снесенного.

Один из грузовиков взорвался. Грохнуло так, что присели, прикрывая головы, не только фашисты, но и разведчики. От грузовика в разные стороны дождем посыпались железо, стекла и щепки. Несколько фрицев, которые решили спрятаться от разведчиков между горящими грузовиками, были, судя по всему, убиты. Во всяком случае, они упали и не шевелились.

И тут прозвучал выстрел. Часовой вскинул автомат и нацелил его на то место, откуда, по его мнению, был произведен выстрел. Но сам он выстрелить не успел. Из сумрака от стены отделилась невысокая тень. Она приблизилась к часовому и произвела по нему несколько выстрелов – один за другим.

Перед глазами Глеба стояло лицо девочки на носилках. Худое, бледное, с темными, большими и такими безжизненно-пустыми глазами, от одного вида которых продирал мороз по коже, и хотелось завыть от безысходности и жалости к тому, кому эти глаза принадлежат.

В глазах молодого немчика Шубин прочитал страх, но не стал задавать ему никаких вопросов, отвернулся и продолжил свое дело. Все так же неторопливо взял первого немца за волосы и, рывком откинув его голову назад, резко приставил ему нож к горлу. Слева – там, где стоял молодой солдатик, – раздался не то вскрик, не то всхлип.

Видно было, что летчик не так давно добрался до кустов – следы на снегу были совсем свежими. Когда разведчики нашли его, он был без сознания. Присев возле него на корточках, Глеб, первым делом, забрал у него пистолет, который немец держал в левой руке.

Два немецких истребителя, которые прикрывали полет бомбардировщиков, пытались вступить с нашими штурмовиками в бой и отвлечь их, но силы были неравны – два немца против четверки «илов». Итог боя был решен буквально за несколько минут.

— Идем завтракать, — предложил Митя. — Кофию хочу, сил нет. — А поработать не желаешь? — Варя не сбавила шага. — Желаю, но только после кофия, — Митя глянул на небо. — Как думаешь, польет? — Нет, стороной обойдет, — отмахнулась ведьма. — Ладно, я тоже не против кофе, но после — к делу. Сегодня, братишка, ты идешь на ярмарку знакомиться с теми, с кем надо, и я очень надеюсь, что не оплошаешь.

— Дмитрий, — Варвара прищурилась, отчего у бывшего мага по спине побежали мурашки, — ты, видимо, не уяснил, зачем мы тут и в каком ранге. Мы тут инкогнито, и никто из твоих друзей не должен знать о тебе. — Но как же так? Не по-людски. — Не по-людски — потому что по-магически, — передразнила его Варя.

— Ах, это тот господин, что давеча обращался к вам, когда мы беседовали? — наконец сообразил Митя. — Он теперь меня курирует вместо вас… Груб и небрежен. — У него много дел, — заступилась Клавдия. — Пусть так, — согласился бывший маг. — И пока он занимается своими делами, я займусь своими. Как знать — иногда то, что не видит маг, может узреть простой смертный.

— Да разве ж я играю? — удивился Митя. — Вы спросили, я ответил — ничего более. Вы вот даже имени своего не назвали, а я, как гостеприимный хозяин, стараюсь как могу. — Острите, — понял по-своему серый человек. — Что ж, это хорошо. В вашем положении — мага без магии, не человека, не Зеркальщика — сохранить хотя бы чувство юмора уже ценность.

Митя моргнул, и его зеркальный двойник, что таращился на него с потолка, моргнул в ответ, правда, чуть замешкавшись — на долю секунды, но все же. По коже пробежали мурашки. Что, если все эти зазеркальные двойники в сей момент чувствуют себя истинными? А он, бывший стажер, бывший глава Департамента магии Крещенска, да и вообще бывший маг, — только их отражение?

Брат оказался в опасности. Я тоже оказалась в опасности, но это одно и то же. Ее следовало предотвратить.

Все же мозг – не сундук. Мозг – штука опасная. В нем есть укромные ниши и расселины, он изобилует тайными лабиринтами и похож на пчелиный улей. Вторгаться туда можно лишь на свой страх и риск. Попробуй засунуть в улей руку – и в нее вопьются тысячи ядовитых жал.

Те, кто вставал на пути Эмиля, потом многие годы подвергались преследованиям. О них распускали грязные слухи, им посылали письма с требованием держаться подальше, против них подавали судебные иски. Эмиль обрушивал на головы противников горы бумаг, и несколько местных жителей уже обанкротились, пытаясь покрыть судебные издержки. Однако Джоан на нас не нападала и никаких объяснений не требовала.

В подзаголовке содержался вопрос, который можно было воспринять как утверждение: «Не столкнул ли не внушающий доверия муженек жену с моста? Соседи заявляют, будто слышали крики в ночь перед тем, как женщина пропала. Убийство ради страховки? У пары имелись астрономические долги, говорит один из знакомых».

В отличие от обитателей коммуны, Эмиль хорошо питался, занимался спортом, путешествовал. Обладал интеллектом, не знающим себе равных в нашем мире. И я – тощая пятнадцатилетняя воровка… Зато я умела любить. Умела поклоняться. То, что нужно Эмилю.

У меня перехватывает дыхание. Не хочется говорить с ним о Сабрине и Уильяме, о том, как мужья обращаются с женами. Опасная тема: из-за нее Габриэль девять лет назад исчез из моей жизни. Потом мы долго пытались снова сблизиться.

Чудеса случаются — не как фокус для неверующих, а как тихий ответ Бога тем, кто по-настоящему верит.

Господь принимает не длинные молитвы, а искренние. Вспомните разбойника на кресте — его «Помяни меня, Господи» оказалось достаточно для спасения. Разве наша многословность может быть важнее такого сердечного воздыхания?

Христианство учит нас, что любовь — это не начало, а итог пути. Это то, что созревает годами, как хорошее вино. Если вам кажется, что любовь ушла, попробуйте начать с малого. Не ждите чувств — совершайте дела любви. Радуйте друг друга, делайте маленькие подарки, проявляйте заботу.

Когда мы перестаем копить обиды, мы обретаем настоящую свободу — свободу видеть в каждом человеке того, кто, как и мы, ищет свой путь, ошибается и нуждается в милосердии.

Мрак есть только отсутствие света, так же как боль и зло суть отсутствие Добра, а сами они не являются ни истинными, ни сущностными.

Когда почувствуешь у себя внутри огонь, беги! Кто знает, когда он погаснет и ты окажешься в темноте…

Каждый должен как червяк сам проедать себе дорогу.

Все мы — строители времени, гонимся за тенями и черпаем воду решетом: каждый строит из часов свой дом, каждый из времени сколачивает свой улей, время мы носим в мехах, чтобы раздувать им в кузнице огонь.

Он из тех, кто покупает свою улыбку на Востоке, а продает ее на Западе, или наоборот.

Добровольно идя навстречу препятствиям, вы также сможете улучшить свою способность находить луч надежды среди серых облаков повседневной жизни, а также оценить то, насколько относительно беззаботной является ваша жизнь.

Те, кто использует стратегию стоического испытания, могут мыслить в рамках правила: если мы столкнулись с препятствием, у нас есть пять секунд, чтобы объявить это событие стоическим испытанием.

Смех — особенно эффективная стратегия борьбы с оскорблениями. Смеясь, мы можем удержать себя от гнева и при этом выставить оскорбившего нас человека дураком: он намеревался уничтожить нас словесно, а мы просто отшутились.

Мы можем развить способность сохранять спокойствие даже перед лицом очень серьезных неудач, а это, в свою очередь, может иметь колоссальное влияние на качество нашей жизни.

Стоиков, как мы видели, часто изображают в карикатурном виде как бесстрастных истуканов, но это абсолютно не соответствует действительности. Например, исследуя жизнь римских стоиков, мы обнаруживаем, что они имели репутацию не только оптимистов, но и однозначно жизнерадостных людей.

Я практикующий стоик, в том смысле, что решил жить в XXI веке в соответствии с жизненными принципами, разработанными две тысячи лет назад такими философами-стоиками, как Марк Аврелий, Сенека и Эпиктет.

— Господи, ты на сколько дней сюда собралась? У меня вырвался смешок. — Там всего четыре книги. Я не могла выбрать. Они все канючили: «Ханна, возьми нас с собой! Не оставляй нас дома одних. Нам тут так грустно. Мы любим тебя».

По счастью, на улице были расположены несколько камер видеонаблюдения, изучив материалы, с которых, Омар уверенно вычеркнул меня из списка подозреваемых и взяв с меня коротенькое объяснение.

Утром следующего дня, я решил нанести визит Амону Мустафе, проживающего, судя по надписи на найденной мною в самолете салфетке, по адресу: Иль Меркато, 45. Насколько я знал, Хадаба-Умм-Сид, что в переводе значило «Скала над бухтой» был расположен между районами Наама-Беем и Шарм-эль-Майей, недалеко от так называемого Старого города.

Варава, не кипятись. Информация, по-видимому, оказалась ложной. В общем, ничего подозрительного установить не удалось. А посему, оперативное дело закрыли. Сводку наружного наблюдения и фотографии вечером сброшу. Сам посмотришь, что да как. Но по всему выходит, что именно они были целью террористов.

На спутниковых снимках хорошо видна одна сохранившаяся ВПП и отдельные уцелевшие строения аэродромного комплекса. Аэродром находится на Синайском полуострове в зоне вооруженного конфликта между правительством Египта и исламистами.

Директору Агентства авиационной безопасности Татарскому П. П. Самолет «Boeing 737», выполнявший рейс из Дамаска в Шарм-Эль-Шейх, пропал с радаров через 21 минуту после того, как вошел в воздушное пространство Египта. На наш запрос авиационные власти пограничного с Египтом Кипра сообщили, что первичный радар дальнего действия ВВС Кипра, после того как самолет пропал со вторичных гражданских радаров