Мне хочется спасти его от горькой судьбы, но мы обманывали самих себя. Не существует способа разорвать связь наших душ. И я знала это с самого начала.

Некоторые вещи не любят огласки. Любовь священна. Это слишком личное чувство.

Игра на костяной флейте открывает Врата в ночь переправы, а вслед за ними открываются другие врата по всему миру. Где бы ни жили люди, они умирают, и их души необходимо переправлять в подземное царство. А без костяной флейты никто из умерших здесь или в дальних землях не сможет перейти в загробную жизнь.

Легенды о Костяных волшебницах вдруг вспыхнули в голове, а следом загремели предупреждающие колокола. Рассказывали, что женщины в белых платьях бродили по окрестностям Галле. Потому что сейчас его очаровали, как и всех людей в легендах. И все истории звучали одинаково. Мост, танцы… и то, что случалось потом.

Спасибо, что когда я, наоборот, горю работой, ты не требуешь от меня чистоту дома и борщи, а поддерживаешь и веришь в меня: «Ты делаешь крутое дело! Дерзай! Я разберусь с домом и возьму на себя детей!».

Если муж срывается на детей, моя задача – поддержать, утешить, помочь, когда устал. Нет задачи закопать его в чувстве вины, доказать свою правоту, поругаться.

А для меня любовь не в красивых словах про «розовые пяточки». Для меня любовь в том, что я готова еще тысячу раз пройти все то же самое, чтобы быть его мамой.

Хватит все время искать себе пару. Начните с поиска себя. Пока вы не найдете общий язык с собой, вы можете бесконечно перебирать партнеров в поисках «того самого».

Если сепарация не произошла полностью, то это точно будет мешать личной жизни взрослого человека, его серьезным отношениям, его вступлению в брак или самому браку. Очень часто при проблемах в семье копать надо в сторону родителей – отделились ли они, отделились ли вы?

Те самые набившие оскомину на языке семейные кризисы случаются именно тогда, когда два этих закона – закон сохранения и закон развития – сталкиваются. Когда пора развиваться, а мы пытаемся всеми силами ничего не менять.

Жизнь продолжается и в других местах. И нравится это или нет, но не только дети нуждаются в защитниках. Иногда они нужны и родителям.

Несмотря на то, что я стала успешной и самостоятельной, нити, связывающие меня с мамой, по-прежнему крепки, и их сложнее разорвать, чем я считала. Теперь они уже не сокрыты в глубинах прошлого. Из-за того, что я приехала сюда, они выступили на поверхность, точно корни старых дубов, окружающих меня – скрученные, узловатые... и о них легко споткнуться.

Никаких громких разговоров. Никакого взволнованного гула. Трагические обстоятельства, окружающие этот байу, сделались для всех реальностью. И реальность накрыла этот город мокрым, тяжелым одеялом.

Нужно быть осторожнее. Эти кассеты могут превратиться в зыбучие пески и затянуть меня в прошлое, которое я, возможно, не пожелаю вспоминать.

Уязвимость начинается там, где тебе есть что терять.

Иногда мы делаем что-то ради забавы и не осознаём последствий. Так уж устроена жизнь.

Некстати вспомнилась странная смерть Шатровой. Встреча в кафе на набережной с неопознанным персонажем, причем говорил, в основном, персонаж, а Анна Владимировна слушала. Вышла из кафе сама не своя, потухшая, какая-то «роботизированная». Наутро влила в себя убойную дозу уксусной эссенции – на что никакой уважающий себя самоубийца не пойдет…

Этот тип тоже умел втираться в доверие. В голове уже шуршало от выпитого. Откуда ни возьмись, появились триста рублей в почтовом конверте. За что? Да ни за что, сочувствия ради. Есть еще двести, если товарищ выслушает. Ведь это хорошая сделка – получить деньжат только за то, чтобы послушать? Подумав, Константин согласился, выслушал.

Оперативники в Ленинграде догнали пресловутый троллейбус. Опросили, кого успели. Вроде кто-то похожий вышел пару остановок назад. Район прочесывали, показывали фотографии предполагаемого преступника. Кто-то видел, как человек с похожей внешностью поймал частника. Номера машины, конечно, не запомнили.

Мелькнула мысль: недавно где-то видел эту машину. Распахнулись двери, одновременно выпрыгнули двое – поджарые, в темном, на лицах маски – а ля Фантомас. У обоих стволы. Все произошло мгновенно, Павел не успел даже вздрогнуть. - На месте, не шевелиться! – гаркнул субъект в маске на чисто русском. - Кто пошевелится, стреляем!

Ильинский был бледен, как мертвец, но вел себя с достоинством. Офицеры усадили его на заднее сиденье, Павел осматривался. Ильинского наверняка вели. Вряд ли эти люди проспали или забыли. Они где-то рядом, кусают локти, но не могут пойти против группы вооруженных сотрудников КГБ.

К сожалению, черного выхода в заведении не было. Вернее, был, но не для всех. А бегать и выпрашивать ключ было неудобно. Мария покинула дамскую комнату черед пять минут – уже без очков и парика.

Йольский кот — разборчивый гурман: его интересуют дети, которые не получили на Рождество ни одной новой вещи. Такие малыши старались не выходить из дома после заката, ведь именно тогда Йолакоттурин и выходил на охоту. Отсутствие новых вещей напрямую указывало на недобросовестную работу в течение года, так что можно сказать, что Йольский кот наказывает за небрежность и лень.

Однако традиция ставить елку в доме прижилась лишь в XIX веке. Как уже говорились, считается, что ее ввела в обиход супруга Николая I — Александра Федоровна, немецкая принцесса. В 1817 году она устроила елку при дворе, и обычай быстро распространился среди дворян и купцов. Наряженные елки продавались в кондитерских, а за более простыми деревцами ходили на елочные базары.

В Средние века норвежцы считали, что самая длинная ночь в году выпадала на 13 декабря, и боялись ее как огня. Она носила название «долгой ночи Люсси» и считалась одной из самых страшных и опасных в году. В эту ночь старались не выходить из дома и даже не заглядывать в хлев — а все потому, что верили: свиньи, коровы и овцы получали в это необычное время чудесную возможность общаться между собой.

Открывшаяся перед ними широкая дорога была заполнена молодыми людьми, унаследовавшими мир, и вся эта толпа танцевала.

– Они потеряли надежду, – без всякого пафоса заявила Эстель и тут же хихикнула. – Пока есть жизнь – есть надежда, и наоборот.

Они убили своего Бога в двух мировых войнах и концлагерях.

Они воображали, будто знают все на свете – ведь все уже случалось раньше. Им оставалось лишь просто приобретать вещи, которыми можно рисоваться. Может, и неплохо, что они начали ставить точку: им стало скучно без новой войны, и они ее рано или поздно развязали бы, даже с применением водородной бомбы.

– Почему они уходят один за другим? – Я ведь сказал: устали стоять на остановках… – Они выпадают из современной жизни… – Их просто достало заставлять нас верить в то, во что сами не верят.

Убийца с Грин-Ривер уверен, что исполняет важную миссию. Когда-то у него был унизительный опыт с женщиной и теперь он наказывает за него проституток, которых считает низшими представительницами женского пола.

Ты должен воссоздать место преступления у себя в голове. Должен как можно больше узнать о жертве. Ощутить ее страх в момент, когда он надвигается на нее. Понять, каково это – кричать от ужаса и боли, понимая, что ничего не поможет и что он не остановится.

Я пришел к очень, очень пессимистическим выводам насчет вероятности психологической реабилитации для большинства убийц на сексуальной почве. Если что-то и можно сделать, то гораздо раньше, задолго до того, как они превратят фантазию в реальность.

Распространенным феноменом серийных убийц является дружба с полицейскими. Эд Кемпер часто посещал бары и рестораны, где бывали полицейские, и завязывал разговоры. Так он ощущал на себе отблеск полицейской славы.

Есть что-то врожденное, глубоко укорененное в разуме и психике преступника, заставляющее его действовать определенным образом. Позднее я придумал термин «почерк», чтобы описать этот уникальный элемент, это личностное побуждение, присутствующее всегда.

Серийное убийство – гораздо более древний феномен, чем мы себе представляем. Легенды про ведьм, вампиров и оборотней, скорее всего, являлись способом истолковать ужасы столь невероятные, что никто не осмеливался признать их делом человеческих рук.

Никогда не унывайте. Не каждый день может быть радостным, но радость может быть каждый день.

– Аперитивчик для аппетита? – засюсюкала Катя. – У нас роскошное шампанское, прямо из Шампанова! – Шампаново, – мечтательно протянула Ксения. – Где оно расположено? – Так под Парижем, – заявила Катя, – лучшее вино там растет. – Полагаю, оно висит на кустах винограда прямо в бутылках, – ухмыльнулась Катя, – прямо манит меня Шампаново Парижской области, страсть как хочется там побывать.

Нормальной женщине неловко выслушивать слова: «У меня кругом беды, а ты такая счастливая, все у тебя в порядке», – и, чтобы успокоить собеседницу, ты воскликнешь: «Ошибаешься, мы с мужем вчера так поругались». Сама не заметишь, как сообщишь чужому человеку то, что нельзя даже очень близкому рассказывать. Дальше что? Недели не пройдет, как все твои проблемы станут вкусной темой для обсуждения.

– Я же говорил вам, с «Чудным нашим домом» никаких хлопот не будет, – ликовал Петр.! Все домашние проблемы решает Апполинарий. – Как холодильник может приобрести продукты, откуда он знает, что нам с мужем надо, где он взял деньги и сколько людей онемело в супермаркете, увидев славного представителя бытовой технитехники, который бродит по торговому залу с проволочной корзинкой на ручке?

Сейчас я подключу все примерно за час. А в случае присвоения имен, которые выберет хозяйка, понадобится целый день. Какая вам разница на что откликается холодильник, главное, чтобы он работал! – Хорошо, – согласилась я. Петр быстро просмотрел документы. – Стиральная машина Авдотья Пафнутьева, плита Констанция Бурбоновна, холодильник Апполинарий Лучезарович. Ну и пылесос Епифан Армагеддонович