Рассказываем о формуле японской культуры
Вы знаете, что такое «сакура» и «самурай». Можете отличить суши от сашими. Вам знакомы слова «икебана» и «тядо». Кажется, что Япония — одна из самых изученных культур в мире. Но почему же тогда приезд в Токио или общение с японским партнером могут обернуться культурным шоком? Почему простые бытовые ситуации ставят в тупик?
За фактами о Японии и терминами скрывается глубинный культурный принцип — «ва» (和). Чаще всего его переводят как «гармония», но это слишком узко. «Ва» — фундаментальная логика, по которой Япония веками усваивала чужое, не теряя себя, превращала хрупкость — в силу, а простое рисовое зерно — в основу цивилизации. Книга «Япония глазами японца» профессора Токийского университета Сэйго Мацуоки — ключ к коду японской культуры.
«Во время чтения возникает редкое ощущение „внутреннего доступа“ к японской культуре. Сэйго Мацуока объясняет свою культуру и традиции, в которых он вырос, без упрощений и без тумана экзотики, с уважением к сложности и нюансам. Для меня японская культура всегда была уникальна именно вниманием к деталям, и эта книга особенно тонко передает такой способ взгляда на мир. В ней соединились лекционная ясность, историческая глубина и пристальное внимание к повседневности: от языка и жестов до эстетических и религиозных кодов. Книга становится настоящим ключом к логике японского мышления, к пониманию того, почему общество устроено именно так. Она особенно понравится тем, кто изучает японский язык, работает с Японией или хочет путешествовать осознанно, понимая контекст, а не только внешний антураж, и остается редким примером нон-фикшн, позволяющего увидеть Японию не через западный фильтр».
Надежда Чигрина, менеджер по маркетингу группы «Искусство и история»
О том, как формировалась уникальная культура Страны восходящего солнца и почему книга Сэйго Мацуоки станет незаменимым помощником в путешествии, деловом общении с японцами и изучении языка, рассказываем в нашем материале.
Один из феноменов японской культуры заключается в том, что она ничего не заимствует. А как же азбука, религия, рис и многое-многое другое? — спросите вы. Дело в том, что, попадая в Японию, любое явление или идея будет пересобрана в нечто уникально новое, свое. Эта способность не отвергать, а творчески перерабатывать — и есть суть «ва» как принципа культурного синтеза (ва-бун — японское письмо, ва-ё — японский стиль). Профессор Мацуока называет это техникой «редактирующего ремикса» и приводит несколько показательных примеров такого усовершенствования.
Первый и самый, пожалуй, известный, это иероглифическое письмо. Япония взяла китайские иероглифы и устроила им культурную революцию, создав собственную слоговую азбуку кана и введя в практику кандзи-кана мадзири-бун — комбинированное письмо из иероглифов и знаков слоговой азбуки.
Профессор рассказывает историю поэта Ки-но Цураюки. Составляя первую императорскую антологию японской поэзии «Кокинвакасю», он сделал невероятное по тем временам: написал к ней два предисловия. Одно — на официальном классическом китайском (манадзё), другое — на живом японском, используя новую слоговую азбуку (канадзё). Этим он легитимизировал японский язык как язык высокой поэзии, утвердив его равенство с китайским каноном.
«На мой взгляд, создание японской письменности на основе китайской иероглифики стало величайшим культурным событием в истории Японии. С точки зрения цивилизационных процессов, пожалуй, самым значительным».
«Япония глазами японца», Сэйго Мацуока
Именно кана позволила записать «Повесть о Гэндзи» и создать хайку. В конце концов, на основе кандзи-кана мадзири-бун и сформировался современный японский язык, который сегодня состоит из кандзи и каны, местами к тому же смешанных с буквами латиницы.
Еще один показательный пример — как уживаются 8 миллионов местных богов-ками с буддийским пантеоном. Автор объясняет гениальную концепцию хондзи-суйдзяку («проявленный след подлинной сущности»). Согласно ей, будды — это «истинная сущность» (хондзи), а японские боги — их «местные воплощения» (суйдзяку). Это не синтез, а культурная аналогика, позволяющая японцу молиться и в храме, и в святилище, не чувствуя противоречия.
«Япония — хрупкий и уязвимый остров. Японские дома, сделанные из дерева и бумаги, легко подвержены пожарам. Если они воспламеняются, то мгновенно превращаются в пепел. Всё это способствовало зарождению в Японии концепции „бренного мира“ кари-но ё, и именно отсюда возникла идея необходимости постоянного обновления».
«Япония глазами японца», Сэйго Мацуока
Эта философия проявляется не только в принятии утраты, но и в активном действии. Так, пожар в замке Сюри на Окинаве в 2019 году стал национальной трагедией. Но его восстановление объединило всех японцев. В вечном возрождении рождается эстетика уцуси — «возобновляемой копии». Ценность — не в старинном оригинале, а в мастерстве передачи духа, в самом акте бережного воссоздания.
Эту же идею автор находит в театре но. Техника манэби (подражания) — путь к постижению истины (макото). Актер, копирующий великого мастера, совершает сложную духовную практику. Результат оценивается не по тому, насколько удалось создать нечто оригинальное, а по тому, насколько близко он похож на исходный прототип. Это объясняет, почему в традиционных японских искусствах идеал — не «придумать новое», а «достичь уровня предка».
Автор иллюстрирует эту мысль личной историей. В университете он учился вместе с будущей легендой театра кабуки Накамурой Китиэмоном. Тот рассказывал, что самой большой похвалой для него были слова: «Китиэмон-сан, наконец-то вы в своем мастерстве стали походить на вашего предшественника». В западной логике это может прозвучать как упрек в отсутствии оригинальности. В японской системе ценностей, основанной на манэби, — это признание того, что актер достиг истины и прикоснулся к сути традиции.
Философия уцуси и практика манэби — это проявление «ва» в отношениях со временем и традицией: гармония достигается через уважительное и искусное продолжение пути старых мастеров.
Чтобы понять Японию, нужно забыть, что рис — это просто гарнир. Профессор Мацуока показывает, как рисовое зерно стало основой цивилизации.
Урожай риса (кокудака) был мерой богатства земли. Жалованье самурая (рокудака) исчислялось в мерах риса. Даже Министерство финансов называлось «Окура-сё» — «Ведомство рисовых амбаров». Из системы, известной как рисовая ссуда (суйко), выросла вся японская культура кредита. Крестьяне брали в долг семена под проценты (рито), которые возвращали после урожая. Автор отмечает, что именно это стало «рождением системы процентного дохода в Японии». Так простое зерно породило сложные экономические отношения.
Интересно, что в тайной императорской церемонии «Дайдзё-сай» новый рис — это не еда, а сакральный объект. Проводя ночь рядом с ним, император мистически обновляет свою связь с богиней Аматэрасу и силами земли.
Даже выбор сорта риса для церемонии — священнодействие. Какой именно рис оставить богам, определялось древним гаданием на раскаленном панцире черепахи. В 2019 году для императора Нарухито были избраны сорта «Звезда Тотиги» из префектуры Тотиги и «Шелковое сияние» из префектуры Киото. Таким образом конкретные рисовые поля по всей стране через этот ритуал символически связывались с сакральным центром нации.
Рис стал квинтэссенцией социальной и сакральной «ва», материальным воплощением связи между народом, правителем, землей и богами.
Когда принцип «ва» становится понятен, десятки бытовых и деловых загадок Японии находят свое объяснение. Почему японский партнер в переговорах молчит вместо того, чтобы высказать оригинальную идею? Потому что для него важнее манэби — точное понимание контекста и позиции старшего. Почему в Японии так ценятся столетние магазинчики и семейное дело? Потому что компания — это новое воплощение концепции иэ, «дома-бренда», передающего мастерство через поколения. Почему страна, закрывшаяся от мира на 250 лет, не погибла, а создала утонченную культуру Эдо? Потому что стратегия «ремикса» и «уцуси» была обращена внутрь.
Если вы задаете вопросы «почему?» — эта книга для вас. Она закроет ваши главные «белые пятна». А еще поможет путешественнику увидеть в Киото и Токио не просто достопримечательности, а живые тексты японской культуры, бизнесмену — разобраться в японской логике принятия решений и иерархии, а тем, кто учит японский язык — научиться «думать по-японски», чтобы понимать не только слова, но и стоящие за ними смыслы.
«Япония глазами японца» — уникальный проводник в логику, которая тысячу лет определяла, как японцы видят мир, учатся, творят и строят отношения. Профессор Мацуока не отвечает на все вопросы. Он дает инструменты, чтобы вы могли находить ответы сами, видя за ритуалом — историю, за жестом — философию, за фактом — систему.
В интернет-магазине «Читай-город» на книгу «Япония глазами японца» действует скидка 25% по промокоду ЖУРНАЛ. Подробные условия смотрите в разделе «Акции».