Особенности
Душевные, трогательные истории серии «За чужими окнами» как будто списаны с наших жизней – небольших радостей, бытовых забот, уютных семейных вечеров у телевизора и запаха флоксов на даче, счастливых встреч и расставаний, со старых воспоминаний и планов на грядущее лето.
Преимущества
Бесконечно глубокая мудрость, простой и в то же время неповторимый язык изложения; проблемы, знакомые всем; счастье, понятное каждому.
Авторы
Мария Метлицкая и Ариадна Борисова в своих книгах пишут о том, что порой невозможно выразить словами. Но им удается. Удается подбирать нужные слова, задевающие самые чувствительные струны души. И находить сюжеты, которые никого не оставляют равнодушным!
Илья Городецкий. Бывшая легенда отечественного кинематографа. Бывший покоритель дамских сердец. Бывшая звезда. До встречи с Анной он был уверен, что у него все в прошлом. И Анна, пока не узнала Илью, не сомневалась, что личное счастье ей не светит: нет на свете мужчины, с которым она хотела бы засыпать и просыпаться, ездить к морю, делить радости и беды.
Она пришла к нему, чтобы взять интервью и осталась навсегда. Интервью стало книгой - книгой жизни известного режиссера. Жизни, где были взлеты и падения, любовь и предательство, и даже подлость. А в финале - награда: Анна, последняя любовь последнего героя.

Развод по-китайски, масштабный роман о Корее и неоготика со славянскими мотивами

Онлайн-встреча с нейропсихологом Александрой Соболевой


Рассказываем о формуле японской культуры


Рассказываем о главных темах, авторах и книгах эпохи

Радиостанция «Москва FM», Ассоциация книгораспространителей и издательство «Эксмо» представляют совместный проект «Что читает Москва?»

Пространство в Музее русского импрессионизма начнет работу 13 февраля

Рассказываем о самых продаваемых новинках месяца

Всемирный бестселлер в черно-желтой обложке теперь доступен в качественном переводе

Рассказываем об автобиографии знаменитого артиста


Рассказываем о писательнице и ее книгах

Рассказываем о метафорических сказках Анны Фениной

Пронзительная история Чухе Ким о балете, памяти и выборе