Замороженный страх

Расследуя серию убийств с отрубленными руками в Москве 1952 года, майор МГБ обнаруживает зловещую тетрадь нацистского врача — и понимает, что охотится не на маньяка, а на того, кто создаёт маньяков. Июль 1951-го. На берегу Яузы лысый мужчина развязывает мешок. На землю падает отрезанная кисть левой руки. Через секунду он вгоняет отвёртку себе в шею. Объяснений не будет. Осень 1952-го. Дождь, слякоть, дачный дом на окраине. Убит высокопоставленный инженер из оборонной отрасли. Лицо изломано. Левая кисть исчезла… В город возвращается имя, которое старались не произносить вслух: Ручечник. Кошмар, царящий на улицах города, выводит из затянувшейся депрессии опального следователя майора Ивана Шипова. Вместе с помощниками — капитаном Китаевым и психологом Заботкиным — он принимается за дело и вскоре находит странную тетрадь в кожаном переплете, когда-то принадлежавшую лагерному врачу-садисту. Свидетели молчат. Подозреваемые исчезают. Улики ведут в тупик. А убийства продолжаются. И чем ближе Шипов подбирается к истине, тем все настойчивее перед ним встает вопрос: что, если эта тетрадь — не улика? Что, если это методичка? И кто-то сегодня работает по ней? Ретро-детектив, шпионский триллер и психологическая драма сходятся в одном романе. Живая фактура позднего сталинизма, острые диалоги, хлесткие сцены следствия, неожиданные повороты — и финал, после которого хочется перевернуть книгу на первую страницу, чтобы понять, где именно вы пропустили предупреждение.