Тайны и заблуждения подобны настоящему яду. Он медленно распространяется по венам, затуманивает разум и убивает терзающую от неведений душу.
Три долины – Ларкон, Корскор, Архат — и лишь один большой Темный лес, где господствует тьма, нападающая на людей и обескровливающая их тела.
Переехав в Корскор, Карнелия надеется, что ее жизнь переменится к лучшему, да вот только у судьбы на девушку свои планы... Именно по ее велению на лесную тропу ступает человек, встреча с котором становится роковой. Глаза его застилает тьма, она извилистыми нитями облюбовывает кожу, а из приоткрытого рта торчат острые клыки, с которых капает кровь.
Что же остается девушке, попавшей в беду? Это реальность, мисс Хальброн. Герой не укроет вас от горестей, не примет весь удар на себя и не заберет в свой, наполненный безудержным счастьем, мир. Или все же такое возможно?
Остается лишь разглядеть того самого, но так ли просто это сделать? Тем более, когда Тьма наращивает обороты и вплетается в недра человеческих судеб, желая подчинить их себе целиком и полностью.
Комментарий Редакции:
Очень мрачный, но не лишенный особой изысканности мистический роман, который несмотря ни на что сохраняет место для настоящей любви. Но и она поддернута чем-то, что все равно пугает — и волнует одновременно.

Рассказываем о новинке Ульяны Черкасовой



Разбираем типы персонажей с писательницей Натальей Звягинцевой — автором ретро-детективов серии «Расследования графа Вислотского»

От уютных детективов до учебников по кулинарии

Радиостанция «Москва FM», Ассоциация книгораспространителей и издательство «Эксмо» представляют совместный проект «Что читает Москва?»

Рассказываем о самой интригующей новинке лета

Безнадежный материк или будущее человечества?

Наши новинки, которые могут стать психологической скорой помощью

Неожиданные победы, яркие голы, новые звезды и драматичные развязки

Онлайн-встреча с писательницей Ульяной Черкасовой

От первоисточника до модернистских романов XX века

Семейные саги, психологические драмы и легкие детективы

Экранизация романа-эпопеи Льва Толстого приурочена к 200-летию писателя

Как старинные образцы превращаются в обложки книг