«Дикая русская»: как княжна Анна Ярославна стала королевой Франции

В Санлисе при входе в коллеж бывшего аббатства Святого Винсента туристов встречает небольшая статуя женщины. Длинные, спадающие на грудь косы, чуть склоненная голова, увенчанная большой короной, складки платья скрывают изящную фигуру. Даже сегодня можно понять, что женщина была очень красива. Это — Анна, дочь князя Ярослава Мудрого, королева Франции.

Говорят, что внешне она была похожа на свою прабабку — легендарную княгиню Ольгу. Ее встреча с будущим королем описывается по-разному: то ли она ускакала от него, то ли он принял ее за юношу из свиты. А еще, по слухам, что второй муж украл ее из монастыря и внес в церковь на руках, — чтобы не убежала. Об одной их самых загадочных королев Средневековья рассказывает новая книга Елены Арнольди.

«„Дикая русская. Королева Анна“ — это захватывающий исторический роман о том, как юная киевская княжна превращается в одну из самых влиятельных женщин средневековой Европы. Автор делает акцент на впечатляющих достижениях Анны Ярославны: оказавшись во Франции, где от супруги монарха ждут лишь покорности, она благодаря уму и блестящему образованию добивается беспрецедентной отдельной коронации, влияет на государственные дела и завоевывает искреннее уважение подданных.

Это глубокая и психологически точная история о силе характера и праве самой распоряжаться своей судьбой вопреки суровым законам эпохи. По накалу придворных интриг и масштабу личности героини роман читается на одном дыхании и обязательно понравится поклонникам исторических саг о женщинах у власти в духе Филиппы Грегори или Симоны Вилар».

Александра Козлова, бренд-менеджер

Как чужестранка из таинственной северной страны стала править Францией наравне с мужем и сыном, почему брак Анны с графом де Крепи считался скандальным и за что королеву почитают до сих пор, рассказываем в нашем материале.

Скульптура в Санлисе, XVII век

Время Генриха Капетинга

В годы, когда началась история королевы Анны, Франция переживала не лучшие времена. Это было раздробленное на домены государство, причем королевский домен отнюдь не был ни самым большим, ни самым богатым. Каждый вассал короля имел собственную армию, деньги и во всем превосходил своего сюзерена. В королевской семье также существовали трудности, главная из которых — Генрих Капетинг был бездетен. Его первая невеста не дожила до брачного возраста, вторая — королева Матильда — скончалась в родах. На трон претендовал брат короля Роберт, герцог Бургундский. Положение становилось угрожающим.

Именно с этой тревожной ноты и начинается роман Арнольди.

«К сорока годам у Генриха не было ни жены, ни детей, ни власти в собственном королевстве, которое держалось лишь по недоразумению. И жениться не получалось по простой и нелепой причине — все принцессы и знатные наследницы Европы оказывались его... родственницами. А папа римский Лев IX упорствовал в своем запрете венчаться родне до седьмого колена».

«Дикая русская»

И тогда до Генриха донеслась удивительная весть. В далекой и загадочной Руссии у «короля Ярицлейва» подрастает дочь. Вообще дочерей у князя Ярослава было три или, возможно, четыре. Он взял в жены чужеземку — дочь шведского короля Ингигерду, в крещении — Ирину. Одна из дочерей Ярослава — Елизавета — стала королевой Норвегии и женой короля Харальда Сурового. Это ей посвящен один из канонических образцов скальдической поэзии «Но русская красавица меня презирает». Вторая дочь — Анастасия — женой короля Венгрии Андраша I. Пришел черед и Анне покидать родной дом.

Фреска в киевском Софийском соборе, представляющая дочерей Ярослава Мудрого. Анна, предположительно, самая младшая

«Дикарка» и «грамотная»

Одна из самых ярких сцен книги — приезд французских послов в Киев. Епископ Роже Шалонский и его спутники ожидают увидеть «варварскую» страну, а находят город, который поражает их богатством и убранством. Арнольди с иронией описывает, как французы дивятся деревянным теремам, чистым выскобленным полам, разноцветным слюдяным окнам и столу, ломящемуся от яств: «Им золото девать некуда — крыши покрывают?!»

Этот культурный контраст писательница обыгрывает и в сценах при французском дворе. Пока придворные дамы презрительно шепчутся, что невеста, «наверное, и воняет, как наша служанка, навозом», епископ Роже докладывает королю совсем другое: «Стройна, кожа белая, волосы золотистые, глаза синие. Набожна. В церковь постоянно ходит. А в седле держится лучше многих мужчин... Она воительница? Нет, Анри, охотница. Там все охоту любят. А еще... она грамотная».

«— Чего? — уставился на епископа Генрих. Вот только грамотной дикарки ему не хватало. Рассказы Роже о том, что Анна Киевская вовсе не дикарка, короля не убедили.
— Латинский знает, читать любит. И... писать тоже умеет, Генрих.
— Ну и зачем мне это? Мне нужно, чтобы сына родила и не одного».

«Дикая русская»

Именно этот зазор между предрассудками и реальностью становится двигателем сюжета: «дикая русская» оказывается образованнее и умнее многих при французском дворе.

«Проводы Княжны Анны Ярославны во Францию». Литография 1898

Почему Ярослав принимает предложение послов? Арнольди особенно внимательна к деталям: она показывает, как Ярослав взвешивает все «за» и «против». Страна маленькая, бедная, да, можно дать дочери богатое приданое, но «никакое приданое не позволит прожить на него жизнь». А мать Анны, Ингигерда, в отчаянии хватается за сердце: «Дитя совсем, а ты ее в жены?!» Эти сцены делают исторических персонажей живыми людьми, а не строчками из летописи.

И все же Ярослав согласился. Долго пришлось ехать богатому обозу князя — почти девять месяцев продолжалось путешествие Анны по землям Европы. За это время княжна выучила франкский язык, стала уверенно говорить на латыни.

Время Анны

Первую встречу Генриха и Анны описывают по-разному. Елена Арнольди сразу вводит третье лицо — графа де Валуа Рауля де Крепи. Это не случайно: богатейший человек Франции, верный слуга, правая рука короля, он сыграет особую роль в судьбе своей королевы.

Встреча Анны Ярославны с королем Франции, худ. Ю. Быкова

Но до этого еще далеко. Сразу после приезда Анны во Францию состоялось венчание и коронование. Король чувствовал себя старым и боялся, что если он умрет и не успеет возвести на трон предполагаемого сына, то его родственники уничтожат и принца, и королеву-мать. Нужно было сделать Анну не просто матерью будущих королей, а соправительницей, «помазанницей божьей». Венчалась и короновалась княжна в Реймсе, на Троицу, а клятву принесла на Евангелии, которое привезла из дома (православная и католическая церкви тогда были еще не так далеки друг от друга, это дозволялось).

«Произносил положенные слова архиепископ, отвечали Генрих и Анна, вокруг что-то делали, снова говорили, потом она принесла клятву, положив руку на свое Евангелие. Генрих от души поцеловал жену... Потом снова слова, действия, клятва и... поверх ее золотого обруча легла корона. Анна глубоко вздохнула: вот она и супруга короля Генриха Капета и королева Франции».

«Дикая русская»

А что же приданое? Король оказался рачительным хозяином — или, может, Анна подсказала? Как бы там ни было, но богатство Ярослава Владимировича они не истратили на пиры и турниры, а стали покупать земли разорившихся вассалов и нанимать людей на службу. Постепенно, шаг за шагом, с помощью богатств далекого «короля Ярицлейва» вокруг крошечного острова Сите стала складываться единая держава.

Королева с успехом выполнила свое главное предназначение: она родила Генриху наследника, будущего короля Франции Филиппа I, а потом еще троих детей. Еще одной из важных обязанностей Анны было примирение враждующих семей, чьи ссоры раздирали страну на куски. В книге Елены Арнольди есть эпизод, в котором Анна очень изящно устраивает брак между племянницей короля Матильдой Фландрской и герцогом Нормандии Гильомом:

«— Что ты им сказала? — поинтересовался Генрих. — Никто не понимает, что произошло, с Матильдой же справиться невозможно.
— Ей сказала, что бастард может быть очень достойным, а ему посоветовала поклясться, что в его сердце всегда будет только она.
— И все? — усомнился король.
— Иногда несколько слов для женского сердца достаточно, если они правильные и сказаны вовремя. Войны между Нормандией и Фландрией не будет?
— Конечно нет. И слава богу.
— Ну вот, одно полезное дело для королевства уже сделала, — довольно вздохнула Анна».

«Дикая русская»

Но Анна была не тем человеком, который готов ограничиваться только семейными делами. В Санлисе она основала женский монастырь и школу для девочек, завела целую переписную мастерскую, строила отношения со Святым престолом, занималась делами церковными и жалобами по поводу имущества и земель.

«Обмануть королеву было нелегко, она сама читала записи, брала время на изучение и обдумывание прочитанного, сравнивала разные тексты и выносила решение».

«Дикая русская»

Всю жизнь королеву окружали враги. Роберт Бургундский — брат короля — до рождения ею сына был главным претендентом на трон. Сестра короля Адель — молодая королева — потеснила ее с места первой дамы государства. Заговоры и смертельная опасность поджидали Анну на каждом шагу. Не раз она была на грани смерти и не раз приходилось ей проявлять свой «дикий» нрав. Во время одного из таких эпизодов автор дает свой героине сказать то, что показывает Анну с неожиданной стороны:

«— Я королева! Не просто королева-мать, а миропомазанная королева. Соправительница. И мне до всего есть дело в моем королевстве. А ты должен слушать меня на коленях, пока я не разрешу подняться. На колени!
Последние слова были произнесены с такой яростью, что замерли уже оба брата.
— Я приказала тебе встать на колени, Эд! — шипение аспида, после которого бросок и смерть».

«Дикая русская»

И король не стал ей защитой, наоборот, он постепенно разочаровался в своем «русском браке», ведь жена была слишком хороша, слишком умна, слишком богата... И все же:

«В государственных документах Франции той поры сначала появилась формулировка „...по согласию нашей супруги Анны...“, потом „...с согласия и по воле королевы Анны...“, а потом и вовсе „...совет короля и королевы...“ и „...воля государей...“. Причем Генрих вместо подписи ставил крест, а Анна писала иногда даже кириллицей свое имя. Эти документы, подписанные „Ана Регина“, остались на века».

«Дикая русская»

Подпись Анны на Грамоте короля Филиппа I в пользу аббатства Св. Крепина в Суасоне

«Лучше быть счастливой графиней, чем несчастной королевой»

Генрих умер, успев короновать их маленького сына Филиппа. Анна осталась у трона сына, разделив с ним и с регентом Бодуэном Фландрским власть. Но через некоторое время произошло то, что иначе как «скандалом» назвать было невозможно. Королева, мать короля, которая должна была смиренно носить белые траурные одежды или даже удалиться в монастырь... вышла замуж за своего вассала! Более того, граф Рауль был женат. Правда, он буквально выгнал супругу из дома за прелюбодеяние, но ведь это не отменяет данных церковных обетов.

Несмотря на все успехи Анны в политике, в книге четко прослеживается мысль о ее одиночестве. Сначала — одиночество в пути к Парижу, затем — одиночество в браке с Генрихом. Молодой женщине элементарно не с кем поговорить, поделиться своими тревогами, даже просто поплакать. После смерти короля родственники пытались или выдать ее замуж за Эдуарда Исповедника, или же вынудить затвориться за монастырскими стенами. А она? Чего хотелось ей? Вернуться на Русь — невозможно, князь Ярослав давно умер, да и с маленькими детьми — принцами и принцессами — это было немыслимо.

Возможно, Елена Арнольди приводит это как оправдание поступка Анны, вызвавшего настоящую бурю. Но, как бы то ни было, королева стала женой графа.

«Анна посмела пойти наперекор всем правилам. Необычная королева из загадочной Руси сама выбрала себе мужа и попросту уехала в его замок, махнув рукой на возмущение своих подданных. Возмутились, кажется, все. Королева посмела поставить личное выше королевских обязанностей! Сбежать с любовником вместо того, чтобы достойно выйти замуж за какого-нибудь старого урода!»

«Дикая русская»

Статуя Анны Ярославны в Санлисе, скульпторы: Валентин Зноба и Николай Зноба

Рауль де Крепи умер 8 сентября 1074 года. Анна вернулась ко двору. Последний документ она подписала в 1075-м, в этом акте она названа просто «матерью короля». Никто не знает, где и когда скончалась Анна Русская — ее могила в Санлисе весьма условна. Есть версия, что в конце жизни она вернулась или сделала попытку вернуться на родину.

Остались памятники во Франции и в родном городе. Осталась фреска в соборе Святой Софии. Дети — по легенде, красота Анны передалась ее сыновьям, а от них — другим французским королям. Собранные ею книги, монастырь, ею основанный, знаменитое Реймсское Евангелие — русская рукопись, на которой несколько столетий приносили присягу короли Франции.

***

Книга Елены Арнольди — роман, который не столько пересказывает биографию Анны Ярославны, сколько пытается заглянуть ей в душу. Это история о женщине, которая в чужой стране, среди интриг и предрассудков, сумела не просто выжить, а стать той, с чьим мнением считались короли. Анна Ярославна говорит, злится, ошибается и принимает решения, и на страницах ей возвращено то, что обычно теряется в учебниках: живой голос. Арнольди выстраивает повествование вокруг выбора, который ее героиня делает снова и снова: между долгом и собой, между чужой страной и памятью о доме. Этот выбор меняет и саму Анну, и Францию, и, в конечном итоге, целый мир.