Цитаты из книги Бегущий за ветром

Лучше смотреть правде в глаза, чем убаюкивать себя ложью.

Из мальчика, который не может постоять за себя, вырастет мужчина, на которого нельзя будет положиться ни в чем.

Воровство - основа всех прочих грехов. Убийца крадет жизнь, похищает у жены право на мужа, отбирает у детей отца. Лгун отнимает у других право на правду. Жулик забирает право на справедливость. Нет ничего презреннее воровства.

Дети - не книжки-раскраски. Их не выкрасишь в любимый цвет.

Забыть обо всем, обратиться в облако, улететь далеко-далеко, пролиться дождем над холмами...

Как только дашь людям то, чего они от тебя ждут, блаженство закончится. Тебе просто не позволят больше радоваться.

Всего-навсего улыбка. Она ничего не решает, ничего не исправляет. Такая мелочь. Вздрогнувший листок на ветке, с которого вспорхнула испуганная птица. Но для меня это знак. Для меня это первая растаявшая снежинка – предвестник весны.

Ты бежишь за ветром, как бежишь за своей судьбой, пытаясь поймать ее. Но поймает она тебя.

В Афганистане много детей, но мало детства.

– Он говорит, сейчас война. Какой может быть стыд?
– Скажи ему, что он ошибается. На войне обязательно надо быть порядочным. Куда более порядочным, чем в мирное время.

Не верьте расхожим присказкам, что, мол, «было и быльем поросло». Прошлое впивается в тебя словно когтями, не оторвешь.

Под тяжестью ответственности впору согнуться.

Просто беда с ними, с откровенными, открытыми людьми. Они думают, что и все остальные такие же.

Подлец не испытывает никаких угрызений.

Обрести и вновь потерять всегда больнее,чем не иметь вовсе.

Он такой бесхитростный, что рядом с ним сам себе всегда кажешься лицемером.

Спокойствие – это когда жизнь течет неторопливо, чуть слышно, но уверенно. А если жизнь застыла и не движется, то какая она? Оцепенелая? Безмолвная? И есть ли она вообще?

– Папа мне говорил, что нельзя никому причинять зло, даже плохим людям. Вдруг они просто не умеют иначе. И потом, самый плохой человек может однажды исправиться.

Давать обещания детям – дело опасное.

И ответ мой был неизменен: я не вправе никого осуждать за грехи прошлого.