Цитаты из книги Безнадежный пациент

– Мы сделали существенный шаг вперед, – одобрительно кивает Коделл. – Обезболивающее хорошо до тех пор, пока не затянется рана, которая болела. А дальше оно лишь напоминает о боли, само становясь раной.

– Они готовы довольствоваться меньшим. Терпеть ломки, очищаться до тех пор, пока биохимия мозга не восстановится, и до конца жизни строго блюсти себя. Это пластырь на пулевую рану. Полумера. То, в чем виновно все сообщество психиатров. Через сотню лет мы обернемся назад и спросим себя: почему такие пациенты не получали настоящую помощь, хотя возможность была?

Щелк! Я моргаю. Мои глаза закрываются на долю секунды; открыв их, я вижу, что горит лишь одна лампа. Не понимаю. Возможно, я и не должен понимать, и надо просто смотреть дальше? Но когда скальпель касается серой кожи живота, мои глаза начинает жечь от слез. Я несколько раз моргаю, чтобы не расплакаться. Щелк! Щелк! Щелк!

Мои обессилевшие конечности тоже сдавлены: запястья и щиколотки привязаны к подлокотникам и ножкам кресла ремнями. Судя по ощущениям, ремни сделаны из того же материала, что и кресло – прохладная гладкая кожа. Как ни странно, я предпочел бы обычные пластиковые хомуты. По крайней мере, тогда мое пленение выглядело бы как импровизация.

– Алкоголь, азартные игры, наркотики, ваша бывшая и, несомненно, прекрасная супруга Джулия. Принципиально иная стимуляция, но попадая в базовые биохимические процессы нервной системы головного мозга, она приводит к тем же результатам. Высокие уровни серотонина, которые регулярно вызывает один и тот же источник, с годами перерастают в настоящую химическую зависимость.

«Ваш водитель, мистер Уильям Виллнер, в данный момент проходит курс лечебного молчания, в рамках которого следует воздерживаться от речи с 12 до 23 часов ежедневно. В случае острой необходимости ответ на Ваш вопрос будет изложен в письменной форме при первой же возможной остановке. Ответы на частые вопросы находятся в кармане сидения, расположенного перед Вами».