Цитаты из книги Имею скафандр - готов путешествовать!

Чего еще не хватаю в скафандрах, так это зеркала заднего обзора. Конечно, не помешало бы еще окошко у подбородка, чтобы видеть, куда ставишь ногу. Но если выбирать, я бы предпочел зеркало заднего обзора.

Звезда — источник жизни. Планеты — только вместилища ее. Отсеките звезду… и планета начнет остывать… остывать… и еще… и еще остывать…

— Кто нас запер?
— Они. Космические пираты. И он.
— Космические пираты? Не говори глупостей.
Ребенок пожал плечами.
— Просто я их так называю. Только их лучше не считать глупыми, если хочешь выжить. Ты майский жук?
— Сам ты майский жук.
Космические пираты, подумать только! И так выбит из колеи, а тут вся эта чушь… Где Оскар? Где я сам?
— Да не майский жук, а «Майский жук» — позывные. А я «Чибис». Понимаешь?
Так, понятно. Дружище Кип, стройными рядами — и к психиатру… Дойди потихоньку до ближайшей больницы и сдайся. Когда собранная тобой схема прикидывается тощей девчонкой с тряпичной куклой, это значит, что ты свихнулся. Впереди мокрые обертывания, транквилизаторы и никаких развлечений. Приехали.
— Ты? «Чибис»?
— Да, так меня называют. Понимаешь, слышу я в эфире «Майский жук — Чибису, прием», думаю — наверное, папа меня разыскал и поднял тревогу. Чтобы кто-нибудь помог мне приземлиться. Но если ты не «Майский жук», ты об этом знать не можешь. Ты кто?

Папа редко отдавал приказы, но уж тогда — умри, а исполни.

Какой же мозг может обработать информацию, поступающую сразу отовсюду? Сомневаюсь, что человеческий на это способен, даже если как-то обеспечить поступление информации. В его голове для крупного мозга места явно маловато, но, может быть, его мозг не там? Если вдуматься, люди носят свои мозги довольно открыто, а ведь это не очень-то удобно.

Я снял крышку. Мамины половики усеяло огромное количество упаковочной стружки. Наконец мы добрались до содержимого.
Это был скафандр.
Так себе скафандр, теперь таких уже не делают. Устаревшая модель, компания «Звездный путь» закупила ее оптом — для поощрительных призов с десятого по сотый. Но все же настоящий скафандр, изготовленный фирмой «Гудьер»{7}, оснащенный вспомогательным оборудованием от фирм «Йорк» и «Дженерал Электрик». В ящике также нашлись инструкция по эксплуатации и гарантийный талон, из которых следовало, что скафандр более восьмисот часов прослужил на Второй орбитальной станции.
Мне стало чуть легче. Это не подделка, не игрушка. Скафандр бывал в космосе, и я там побываю! Я освою его и пройдусь в нем по Луне!

По комнатке я многое о них понял: это свиньи, со свинскими привычками и свинскими душами. Видно было, что они не случайные пленники; все было устроено для землян.

— А, не расстраивайтесь. Он безобидный.
— Не знаю, насколько безобидны такие люди. Знать бы, насколько развитие цивилизации тормозят такие хихикающие болваны, безмозглые идиоты… Иди домой, завтра тебе рано вставать.

Я вообще невезучий — даже когда я покупал киндер-сюрприз, мне попадался именно тот, в который забыли положить игрушку.

— Понятия «везение» не существует. Есть только адекватная или неадекватная подготовка к существованию в окружающем мире, существующем по статистическим закономерностям.

Это была странная битва. Мамми была нежной и любящей, разумной и совершенно твердой, а мелкая хулиганка Чибис в слезах, как капризная маленькая девочка, выкрикивала свои доводы. А я неприкаянно стоял рядом и не смел вмешаться.

...как ты собираешься бороться с обстоятельствами, если даже такая ерунда выбивает тебя из колеи?

Если мы спасемся, мы обязаны убедить человечество, насколько опасны сколопендер с компанией — и тогда Мамми, вероятно, тоже спасется… что было бы приятно, но не обязательно.

— Это мне известно. Вы двое — контрольный образец вашей расы в настоящем.
— Да — но мы тоже не критерий. Чибис и я так же далеки от среднего человека, как и любой. Конечно, ни она, ни я не ангелы. Если вы судите нашу расу за ее поступки, то вы совершаете огромную несправедливость. Судите нас, стоящих перед вами, — или меня, во всяком случае…
— И меня!
— …за все, что я совершил. Но не заставляйте отвечать за мои проступки мой народ. Это не научный подход. Это математически некорректно.

Представь рекламу в «Гудке»: «Имею скафандр — готов путешествовать!» И-хи-хи-хи! Или можешь подрабатывать пугалом на огороде.
Девчонки заржали. Я досчитал до десяти, потом еще раз — по-испански, потом — по латыни и напряженно сказал:
— Туз, давай говори, чего тебе.
— Как обычно. И шевелись

Сынок, ваша школа — замечательное заведение, ее хорошо оборудовали, грамотно организовали, содержат в чистоте. У вас не «чернильные джунгли», и ученикам, по-видимому, школа нравится. Но это… — папа со злостью хлопнул по программе. — Болтовня! Мушиная возня! Трудотерапия для слабоумных!
Я не знал, что и сказать. Папа нахмурился, сел и выдал:
— По закону ты должен посещать школу до восемнадцати лет или сдать экстерном.
— Да, сэр.
— Ваша школа — пустая трата времени. В ней даже самая сложная программа не нагрузит твои мозги.

Она тянет лет на двадцать по уму, и лет на шесть по эмоциям.

Коротышка был крут и опасен, толстяк — подл и беспощаден; но по сравнению с ним они были херувимами.

Вообще-то я о другом — наверное, и в самом деле мне стоит продать скафандр…
Я колебался. Мне бы радоваться, деньги — это деньги, а скафандр мне нужен как свинье волынка. Но радости не было, хотя пять сотен долларов в руках я сроду не держал.

Он не был человеком, но пугало не это. Слоны тоже не люди, но они народ симпатичный. Внешне он больше походил на человека, чем слон, но это не имело значения.