Охота на книггера

Мне казалось, что, пережив смерти отца и деда, я стала сильнее, но я очень быстро поняла, что человек никогда не привыкнет терять близких людей. Наоборот, с каждым разом становилось только тяжелее, больнее и страшнее. Нельзя подготовить себя к подобному, потому что невозможно заморозить собственное сердце и приказать ему ничего не чувствовать.

Теперь-то я понимала, что он далеко не мужчина моей мечты, а просто помешанный лгун. Он играл со мной, как с куклой, а теперь на что-то надеется. — Ты… ты следил за мной! Следил за нами! Преследовал меня! — я быстро натянула на себя еще мокрую верхнюю одежду и запихнула в карман порванные фотографии. — Манипулировал, обманывал… ради какой-то книги?! Чокнуться можно!

Как бы мне ни хотелось этого признавать, но идеальных людей никогда не существовало и существовать не может. Такие просто не выжили бы в современном мире, в котором все люди живут по закону джунглей, и каждый думает только о себе любимом. Мне пора свыкнуться с тем, что все мужчины, покорившие мое сердце, практически со стопроцентной вероятностью оказываются либо козлами, либо предателями.

Мужчина улыбался, но, увидев мой ошарашенный взгляд, он замолк и остановился, словно натолкнувшись на невидимую стену. Его взгляд опустился на фотографии, которые я сжимала в руке, и Ванхо в одно мгновение преобразился и стал мрачнее тучи. — Не стоило тебе этого видеть, — холодно произнес он.

— Я всегда надеялся на это, хотя и не был уверен, что мы когда-нибудь встретимся вновь. Ведь я не посмел бы искать с тобой встречи… Он выставлял себя кем-то время Гэтсби, который разбогател и устраивал пышные вечеринки и собирал множество гостей в надежде, что когда-нибудь на одну из них придет Дейзи. Все, что он делал, было ради возлюбленной. Получается, и Ким Минсу стал писателем ради меня?

… гостиная изменилась до неузнаваемости и стала похожа на логово серийного убийцы. Диваны и кресла сдвинуты к окну, в центре комнаты стояли стул и стол с ноутбуком, а рядом — огромная белая доска, на которой были какие-то неразборчивые надписи, фотографии, соединенные разными стрелочками, и вырезки из газет и журналов. — Что это за штука такая? Мы будем планировать чье-то убийство?