Цитаты из книги Мантисса

Твое воображение так грубо повторяет себя, достаточно оказаться его жертвой всего на нескольких страницах, чтобы догадаться, как оно всегда работает.

Невозможно импровизировать, ничего сначала не продумав.

...ни один не дал мне ощутить столь же неколебимое чувство безопасности, какое делаешь ты.

Я - совсем как ты. Я тоже не умею пользоваться словами.

В конце концов, первейший долг каждого честного политика сегодня не столько разоблачать дурное, сколько не быть втянутым в это дурное - ни за что, ни при каких обстоятельствах.

..."доктор" в ее устах прозвучало скорее как плевок, чем обращение.

Я слишком добросердечна, психологические уроды вызывают моё сочувствие.

Все равно что получить «феррари» в подарок вместе с запретом делать на этой машине больше чем десять миль в час.

- ...ты всего лишь мои собственные слова? Всего лишь воск в моих руках?
- Я бы сказала - дешевый пластилин. Это больше подходит.

...владелица этого лица оскорблена.

Майлз, я ведь женщина. Я соткана из противоречий, тут ничего не поделаешь.

Это ещё один из ваших недостатков. Вы никогда ничего не оставляете воображению.

Пожалуй, он был немного похож на вас. Такой же бьющий в нос нарциссизм.

Читательская аудитория, предпочитающая женские романы определенного сорта, в последнее время невероятно расширилась: "И он вонзил свои три буквы в мои пять букв". Что-то в этом роде.

Люди обычно не осознают, насколько они зависят от возможности быть узнанными, ведь именно это служит им доказательством их существования.

Словом, я пошла к озеру. Он купался. Естественно, я не хотела нарушить его уединение, так что взяла и спряталась за кустами.

Вы - как весь ваш век! Слова для вас все равно что серая каша-размазня. Ничего реального не можете себе представить, пока на телеэкране не увидите!

Чтобы существовать, нужно обладать определенными степенями элементарной свободы.

Что-то слишком много получается понимания.

Но несравненно прекраснее и привлекательнее этих ее сторон оказывается для него сторона лингвистическая. Самая мысль об этом заставляет Майлза Грина ощутить, как все у него внутри взвивается в экстазе! Ведь с ней любой диалог - кроме диалога плоти - великолепнейшим образом невозможен.