Цитаты из книги Меркьюри и я. Богемская рапсодия, любовь и котики

На съемках клипа I’m Going Slightly Mad Фредди был очень слаб. Пришлось нанести толстый слой грима и надеть парик. Однажды я приехал понаблюдать за съемками. В клипе участвовали пингвины, и в перерывах Фредди поил их водой. Под прожекторами они чувствовали себя как в духовке, и Фредди, несмотря на болезнь, переживал только об их здоровье. Переводя на них внимание, он отвлекался от своих проблем.

Вскоре на теле Фредди стали проявляться первые признаки болезни. Несколько крупных красных пятен выступили на тыльной стороне ладони и на левой щеке. Это была саркома Капоши. Первые отметины обработали специальным лазером, и они постепенно исчезли. Но после лечения остались небольшие шрамы, поэтому всякий раз, как он выходил в свет, приходилось маскировать их легким макияжем.

Проснувшись, я обнаружил, что всю ночь в постели был один. Фредди со Стрейкером проболтали всю ночь и все еще пребывали в каком-то чудаковатом настроении. Я поднялся, надел на работу костюм с белой рубашкой. Заскочил к ним сказать «привет и пока» и направился в прихожую надевать пальто. И услышал, как Фредди спрашивает у Питера: «Это кто был?» — «Дорогуша, это же твой муж!». Фредди аж завизжал.

Чего мы оба боялись, так это одиночества. «Тебя может окружать множество друзей, но это не избавляет от мучительного одиночества», — часто повторял Фредди. Мы прекрасно понимали, что многих наших друзей-геев ждет перспектива быть одинокими, отверженными и нелюбимыми.

В студии Фредди думал лишь об одном — о работе. Я наблюдал за ним сквозь стекло, но он редко смотрел в мою сторону, настолько был поглощен своим занятием. Ему вечно необходимо было действовать, казалось, это у него в крови. Закончив петь, он влетал в аппаратную, усаживался за микшерный пульт и регулировал настройки звука.

«Дурак, ты просто свихнулся!» — говорил я сам себе. Никогда прежде я не дарил парням цветы и сейчас удивлялся своему порыву. Вдобавок фрезии выглядели какими-то жалкими, стыдно такие дарить. Повернув на Стаффорд Террас, я выбросил их в первую попавшуюся урну. Я и не подозревал, что это одни из любимых цветов Фредди, и, если бы в тот день я ему их принес, он бы сошел с ума от счастья.