Цитаты из книги Необязательные отношения: роман

Главное, что ты уже ничего не чувствуешь и ни о чем не думаешь. Сколько таких живых мертвецов рассеяно по всему миру? Тысячи или их большинство?

Потерявшего счастье ждет наказание, которое не может вынести человеческая душа. Человек станет скитальцем и изгнанником, и никогда и нигде не найдет он покоя, одинокий и никому не нужный. И никто не будет нужен ему самому.

Бывает справедливое зло или несправедливое добро. Для кого как.

Лаврова долго смотрела на картину Кости, ее сердце теснила щемящая тоска. Так бывает, когда уходит что-то очень хорошее, самое дорогое. Но оно обязательно вернется, потому это светлая грусть.

Любовь в больших количествах яд. Ее надо принимать гомеопатическими дозами.

— Рожденный ползать летать не может. — Лаврова отдернула руку и похлопала себя по рукаву. Она стряхивала с себя Минотавра.
— Твоя подруга Венера сказала, что у тебя никогда не будет детей, — сказал Минотавр.
Лавровой показалось, что она умерла. Она упала навзничь, на спину. Ее душа улетела далеко-далеко. Прошлое вернулось и убило ее.

Для того чтобы рисовать, надо уметь мечтать. Может, мечтать лучше получается в одиночестве?

— Жизнь похожа на автобус. Когда он на твоей остановке — белая полоса, на чужих — длинная черная. Никогда не знаешь, доедет ли он до твоей остановки? Вдруг поменяет маршрут? Или встанет на капремонт?

Память опасная вещь. Она может вспыхнуть от любой, самой незначительной мелочи.

Все женщины жалеют мужчин. Лаврова не видела ни одного мужчины, который жалел бы женщин.

— Почему с тобой у меня получается, а без тебя нет? — спрашивала она.
— Наверное, только вдвоем у нас все получается, — улыбался он.

За столиком подальше сидели парень с девушкой, им было наплевать на всех, влюбленным никто не нужен, им хорошо вдвоем.

Рутина привычно завешивала прошлое непроницаемым полотном.

Будущее обожгло заранее, без предупреждения.

Разбитые мечты и неисполненные надежды ломают и взрослого. Корежат самый закаленный характер.

Лаврова в который раз поняла, что такое любовь. Она похожа на укус яркой, блестящей, ядовитой змеи. Любовь проходит несколько стадий. Сначала ты ощущаешь покалывание и нетерпение, зовущие тебя к избраннику сердца. Затем онемение от неожиданного, невероятного везения. Потом космическую эйфорию счастья. И неизбежный паралич диафрагмы и остановка сердца. Любовь — это змея, кусающая свой хвост. Хуже тем, кто в конце.

Не надо. Никогда не возвращайся назад. Там страшно. Так страшно, как не бывает страшно в аду. Я знаю. Я через это прошла.

Когда я впервые тебя увидел, я сказал Стасу: «Если эта девушка не будет моей, я умру».

Лаврова сидела обхватив колени и мечтательно смотрела в небо. Оно было прохладным и чистым. Если постучать по небу стеклянной палочкой, оно запоет, как драгоценный богемский хрусталь. Долго лететь в этом небе нельзя, можно легко замерзнуть. И тогда надо забраться в теплое ватное облако, завернуться в него, как в одеяло, и хорошенько отогреть свои крылья. Лаврова верила, что ее летающее счастье сейчас греется в самом большом, самом горячем ватном облаке. Стоит еще немного подождать, и отдохнувшее счастье к ней вернется.

На нее все смотрели: мужчины, женщины, — но никто не подходил. Воздух вокруг нее был отравлен горечью и одиночеством. Это страшно для счастливых людей. Можно заразиться.