Цитаты из книги Между пулей и любовью

Рэм вздохнул, представляя, как хватает Луку за этот палец, заламывает его вниз и вставляет в одно место. Вздохнул, потому что не будет он этого делать. Потому что предателя ждало куда более серьезное наказание.

Рэм повернулся к залетным спиной и пошел обратной дорогой. Сильной вибрацией в напряженных мышцах излучая смертельную угрозу. Пусть только попробует кто-то остановить его окриком «Эй!», тут же последуют команда. Курганских разорвут на части прямо на месте.

Слух о том, что Рэм бросил вызов солнцевским, облетел всю округу, пацаны продолжали стекаться в подвал. Рэм не удивился, когда подошли еще двое. Но с трудом сдержал эмоции узнав в одном Астафия и Картоху. И эти подтянулись, как будто их кто-то звал. — Ну здравствуй, Рэм!

Викентий с удовольствием задушил бы Артамона как щенка. Но с кем тогда перспективный в общем-то рынок держать. Свято место пусто не бывает, освободившуюся вакансию вмиг займет какой-то Камень. Или уже занял. Артамон хоть и наглый жук, но место свое в целом знает. Он, конечно, сукин сын, но свой сукин сын.

Размахнуться Рэм не успевал, поэтому бросился в ноги, сгреб в охапку, оторвал противника от земли, а сила в руках медвежья, и на ногах он стоял крепко. Толчок, рывок, и вот уже бугай летит на землю затылком вниз.

Детина действительно ничего не понял, ему бы руку сначала вырвать из ладони Рэма, а он сразу лицом к противнику, думал, рука сама выскользнет из захвата. Как бы не так! Рэм хоть и в обычной пехоте служил, но в разведроте, да и раньше борьбой занимался.