Цитаты из книги Во вражьей шкуре

Изменник улыбнулся и ничего не подозревая зашагал к выходу, догоняя выходящего из помещения Максима. Едва он приблизился к чулану, где уже лежало тело умирающего старика, разведчик, действуя для того неожиданно, резко и быстро, схватил его одной рукой за ворот рубахи, а второй, в которой сжимал нож, трижды вонзил лезвие полицаю в живот: - Родина тебя приговорила!

Максим шагнул в дверной проем вслед за Ворчуном. Резким движением он выхватил из ножен немецкий боевой клинок. Потом быстро схватил старика сзади за горло, и с коротким замахом ударил его в спину. Скованный неожиданными действиями разведчика хозяин хутора дернулся в ответ, резко напрягся всем телом и сразу же начал обмякать.

Максим жестко толкнул в грудь Шефера, потом изобразил сильный удар в живот фельдфебелю Мюллеру, пихнул в бок рядового Коха, отчего те сразу же завалились на землю. Примерно то же самое проделал со остальными разведчиками Фишер. Солдаты возле него с шумом стали валиться на траву и в кусты, роняя при этом свое оружие.

Не церемонясь с вызванным из строя курсантом, Шефер крепко схватил его пальцами за бровь над левым глазом, крепко сжал ее и стал быстрыми движениями делать так, будто поворачивал ее по направлению часовой стрелки. Рихтер застонал от сильной боли, зажмурился и тихо завыл под воздействием приема, выбивавшего разом всю волю их человека.

Максим оценил его действия как новый вызов и, разгоряченный ломавшим его сознание выкриком наставника о необходимости добивать на войне противника, снова атаковал Гюнтера. Очередной его выпад с отчаянной работой кулаками по цели сделал свое дело. Курсант, находившийся в общем строю под номером двенадцать, опять рухнул на землю.

Мастером мальчишеских драк Максим никогда в своей жизни не слыл. Но если ему приходилось сходиться на кулаках с кем-либо в детском доме или на улице с городскими ребятами, то дрался он всегда отчаянно и до самого конца. Его храбрость почти всегда помогала ему одерживать победы над соперниками.