Цитаты из книги Перси Джексон и проклятие титана

— Что ж, — произнес Аполлон с молодецкой улыбкой. — Ты все делала правильно, моя дорогая. Все держала под контролем! А теперь пошли посмотрим — может, мы ненароком сварили заживо кого-нибудь важного?

— К несчастью, мой отец Зевс и дядя Посейдон предпочли нарушить данную клятву — не заводить больше детей. Только Аид, как это ни забавно, сдержал слово. Как мы знаем из Великого Пророчества, дети трех старших богов… такие как Талия и Перси… опасны. Каким бы тупоголовым ни был Арес, он зрит в корень.
    — Верно! — поддержал Арес. — Эй, постой-ка. Кого ты назвала?..

- Ты и вправду сын Посейдона?
- Ну да.
- Значит, ты должен быть отличным сёрфером, верно?

Кулак Зевса. Это куча валунов посреди западного леса, которая, если посмотреть на нее под правильным углом, напоминает торчащий из земли огромный кулак. Если посмотреть на нее под другим углом, она походила на огромную кучу оленьего помета, но Хирон запретил нам называть это место кучей дерьма, особенно учитывая, что оно названо в честь Зевса, который, как известно, не отличается чувством юмора.

Я… я играл на дудочках в гостиной, — запинаясь, произнес Гроувер, — и пил кофе. Много-много кофе! И вдруг в ушах у меня раздался его голос!

Смысл становится ясен, только если его упорно искать.

— Выход есть всегда. Для того, кто достаточно умен, чтобы найти его.

— Знаете,— внезапно сказал бродяга,— никогда не бывает так, чтобы рядом не оказался друг.

— Ух, ты! — пробормотала Талия. — Горячий парень, этот Аполлон.
— Он бог солнца, — напомнил я.
— Я про другое.

Она улыбнулась, и на мгновение я вспомнил, что она, в общем-то, симпатичная девчонка, особенно когда не орет на меня.

Сатир захлюпал носом, и я сообразил, что, если я как-то не утешу его, он либо разрыдается, либо станет жевать мой матрас. У Гроувера тяга поедать неодушевленные предметы, когда он расстроен.

Вечеринки бывают скромные, а бывают, напротив, с размахом. И еще бывают вечеринки на Олимпе. Если у вас есть выбор, отправляйтесь на Олимп.

Самые опасные слабости — те, которые легко использовать, — сказала Афина. — Зло побороть не так трудно. А вот недостаток мудрости… очень и очень непросто.

Тут у Гроувера возникла блестящая, типично гроуверовская идея.
— Война бурритос! — завопил сатир и запустил одной из своих лепешек в ближайшего зомби.
Могу сказать, что, если в вас никогда не швыряли горячим, с пылу с жару буррито, вам просто повезло. Среди прочих смертоносных снарядов он занимает место где-то между гранатой и пушечным ядром. Ланч Гроувера угодил в цель и снес череп с плеч скелета. Не уверен, что именно увидели другие ребята, находящиеся в кафе, но они словно обезумели и, вопя и взвизгивая, стали швырять друг в друга своими ланчами, пакетами с чипсами и банками с колой.

Я попытался объяснить Пирату, что при появлении на переходе пегаса у любого копа, жующего свои пончики, случится сердечный приступ, но, похоже, до него не очень-то дошло.

— Неприятно это сознавать, но многие люди будут биться за любое дело, пока им платят.
— Но разве эти люди не видят, на кого они работают? — спросил я.— Неужели не замечают всех этих монстров вокруг?
— Не знаю, насколько они способны видеть сквозь туман,— покачала головой Зоя.— Сомневаюсь, чтобы для них это имело значение, даже знай они правду. Иногда люди бывают ужаснее чудовищ.

Внизу раскинулась вся бухта Сан-Франциско: мост Золотые Ворота, остров Алькатрас, зеленые холмы к северу и туман за ними. Идеальная фотография, не считая того, что мы были на краю гибели и наступал конец света.

— Выход есть всегда. Для того, кто достаточно умен, чтобы найти его.

Лев стремительно прыгнул на меня. Стрелы со свистом проносились в воздухе, но все мимо, и я свалился с воздухоплавательного корабля прямо на огромную модель земного шара. Съехал по России и оказался на экватор

— Самые опасные слабости — те, которые легко использовать,— сказала Афина.— Зло побороть не так трудно. А вот недостаток мудрости... очень и очень непросто.