Цитаты из книги Шесть могил на пути в Мюнхен

Немецкий врач наклонился к ней и начал переводить, Розали приподнялась на локтях, стыдливо прикрыла грудь одеялом. А потом вдруг мрачно спросила: «Так это не сон?» Потом заметила, как растерянно смотрит на нее врач. И зарыдала. «Хочу домой, к маме, — сквозь слезы бормотала она. — Хочу обратно домой, в Бублинхаузен». Четыре дня спустя она оказалась в сумасшедшем доме в Нордси.

Деревня горела. Золотисто-коричневые домики, точно игрушки, подожженные рукой непослушного ребенка, таяли и превращались в пепел. Розали бежала по усаженным цветами улочкам, которые знала с детства, продиралась сквозь дымящийся кустарник. Это сон, подумала она. Как могли все дома, знакомые с детства, так быстро исчезнуть?

— Мы считаем, что братья Фрейслинги являются восточногерманскими агентами, это помимо всего прочего. Бессовестные и алчные, жуликоватые дельцы. А потом вдруг там появляетесь вы и заводите с ними дружбу. Ну и мы, естественно, стали вас проверять. Позвонили в Вашингтон, выяснили насчет ваших виз и прочее. А потом я стал изучать ваше личное дело. И тут всплыло кое-что еще.

На оживленной центральной площади города находился Мюнхенский дворец правосудия, и в одном из залов судебных заседаний начался самый страшный допрос Майкла Рогана. Он длился несколько дней, показавшихся ему вечностью, сколько именно — Майкл не мог сказать. Годы спустя его изумительная память услужливо подбрасывала отдельные эпизоды. Он помнил все. И заново переживал все мученья.

— На этом листке закодированное сообщение. Старое, на данный момент ценности и интереса не представляет. Но мне хотелось бы знать, сможешь ты расшифровать его или нет. И не удивляйся, если сочтешь задание сложным, ведь опыта у тебя пока что нет. — И он протянул листок Рогану.

— Я заглянула в твои особые конверты, посмотрела все семь. Вот и захотелось узнать о тебе больше. В ночь, когда мы познакомились, ты убил Карла Пфана, и конверт, где лежит его фотография, помечен цифрой «два». А на конверте, где снимок Альберта Мольтке, стоит номер один, так что я пошла в библиотеку и просмотрела венские газеты. Мольтке был убит месяц тому назад.