Цитаты из книги Сирийский пленник

Охранник тем временем подскочил к врачу со сломанным носом, помог тому сесть. Врач потрогал нос, потом прощупал двумя руками затылок, которым ударился об асфальт, нащупал на затылке рассечение кожи, посмотрел на свои окровавленные пальцы, застонал, и только после этого, видимо, вспомнил о портфеле.

Смысл в разведении часовых по разным местам подполковник Россомахов увидел сразу. Если кто-то выстрелит в первого, второй не будет дожидаться пули в свое тело, и даст в стреляющего очередь. При повышенном внимании вполне реально успеть дать очередь раньше, чем стреляющий повернется для второго выстрела.

Четверо полицейских с автоматами навскидку оцепили место, где лежали убитый и раненый похитители. Потом приехала машина «Скорой помощи». Осмотрели раненого, и развели руками – он только что скончался.

– С ФСБ я воюю… А сам я – подполковник спецназа военной разведки, – объяснил Россомахов то, что объяснять бомжам не намеревался. Но раз уж зашел разговор, какой был смысл скрывать свой статус. – Меня в Сирии «подставили». Кто-то нас предал, а получилось так, что я вроде бы во всем виноват.

Стволы отвернулись в сторону. У Россомахова было время, чтобы нанести два удара, которые бы отключили того и другого спецназовца ФСБ. Но он не стал бить, рассчитывая, что все обойдется и так. Тем более, в боковое зеркало заднего вида за ними наблюдал водитель микроавтобуса, который тоже может быть вооружен.

Молодой бомж видимо, умел бить только автоматически, не думая, и потому вторая рука тут же полетела вслед за первой, и натолкнулась на кость второго предплечья. Но бомж в камуфлированном костюме не подставлял предплечья, а резко бил ими навстречу кулакам, еще не успевшим полностью сжаться. И потому послышался сильный хруст пальцев одной и второй руки.