Цитаты из книги Жертва искусства

Когда за ним захлопнулась крышка погреба, она еще какое-то время сидела без движения. Потом упала на топчан и разрыдалась. Она знала, что он собирался ее убить. Точно знала. Как знала и то, что в следующий раз он не отступит.

Сегодня он чуть не попался. Так глупо, так бездарно! Они пришли прямо к нему на работу, начали шарить по шкафам, выворачивать наизнанку столы и ящики для инструмента, а он только и мог стоять и тупо таращиться на них. И еще думать: как они узнали, где он работает? Как вообще смогли выйти на него?

Они ворвались в дом и оказались в большой комнате с русской печью и двумя дверными проемами, завешанными цветастыми занавесками. Как только они вошли, одна из занавесок шевельнулась и из-за нее выглянула седая голова деда Трезуба. - Что за черти? – сердито просипел он. - В сторону, дед, - скомандовал Остроумов, и, плечом оттеснив старика в сторону, влетел в соседнюю комнату.

Он услышал, как открываются двери других соседей, как те выходят и интересуются, в чем дело. Услышал, как Наталья с упоением рассказывает всем о «нечеловеческом» крике, который они с мужем якобы слышали через стену. Дальше пошли охи-ахи соседей, и долгий спор о том, стоит ли вызвать участкового, чтобы разобрался в ситуации, или самим выломать дверь.

Сикорин поморщился. Его всегда коробило, когда судмедэксперты «обзывали» трупы специфическими терминами, которые сами же и придумали. Он не мог понять, как можно, глядя на обгоревший труп человека, который еще вчера был кому-то дорог, называть его «угольком» или «пирожком».

Подходя к мосту, молодая женщина замедлила шаг. Предположение сыновей вдруг показалось ей вполне допустимым. Видеть «дохлую» тетеньку ей совсем не хотелось, но развернуться и уйти она уже не могла. Пересиливая страх, женщина обогнула высокий снежный сугроб, прошла еще пару-тройку шагов и остановилась. Неподалеку от опоры она увидела то, о чем говорили мальчики.