Цитаты из книги Священная ложь

Решение ударить было абсолютно осознанным. Я могла убежать, если захотела бы. Но я не хотела. Я хотела причинить ему боль. На мне были ботинки из дома Джуда. Я не знала, что носы у них подбиты сталью – именно поэтому они так смачно врезались в живот. Я-то думала, это потому, что я такая сильная. В груди расцветало нечто вроде гордости. Я фыркала, горячая кровь бежала сильнее, и меня это радовало.

– А если они узнают, что ты со мной? – спросил Джуд. – Тогда… тогда меня убьют, – пожала я плечами. – И ты не боишься? – поразился он. Положа руку на сердце, я бы ответила, что нет. Страх никогда не отпускал нас, но со временем к нему вырабатывался иммунитет. Просто в какой-то момент терпению пришел конец. Перемены были неизбежны; они надвигались, как стремительный лесной пожар.

– А что у тебя с руками? – Рашида, о таких вещах не спрашивают, – одергивает ее Трейси. – Это еще почему? Куда-то ведь они подевались. Их же не просто так отрезали. Все думают, маньяк постарался, а я им говорю: нет, Минноу явно из деревни, так что, скорее всего, попала под комбайн. – Их отрубил мне топором отец, – отвечаю я лишь затем, чтобы посмотреть, как отреагируют на мои слова.

– Когда тебе исполнится восемнадцать, тебя или выпустят, или переведут в тюрьму для взрослых преступников. Понимаешь, что это значит? Я качаю головой. – Здесь сидят девочки, которые убивали. И будут убивать снова. Так что... – Она косится на мои культи. – Ты уж поосторожнее. Не хотелось бы соскребать тебя с пола.

Я знала, что буду первой, кто покинет Общину. Пророк утверждал, будто наша маленькая поляна защищена самим Господом, и если кто уйдет, язычники примутся травить его ядовитым газом и загонять как зверя; он говорил, что на каждом телеграфном столбе в любом городе висят плакаты с нашими лицами. Говорил, будто каждому язычнику знакомо имя Минноу Блай, и они беспрестанно ее проклинают.

Нелегко распутать клубок последних двенадцати лет, прошедших с того дня, как Пророк впервые объявился у нас в трейлере, чтобы с тех пор нераздельно обитать в нашей жизни. Он убедил нас, будто мы святые. Кто бы мог поверить, что это вовсе не так?