Цитаты из книги Таежная банда

Егор решительно взялся за дверную ручку, резко повернулся. Рудгер смотрел на него злобно и жестко. В историю со сгоревшим компроматом он не поверил. Жаль. Или что-то все же екнуло? Быстро дернулись глаза, облизнул пересохшие губы. Такой же страх, как у всех нормальных людей? — Можем поладить, Рудгер. Если скажешь, на кого работаешь.

Это был точно Бармалей, больше некому. На горле виднелся почерневший сгусток крови. К нему подошли сзади, со знанием дела провели острым лезвием по горлу…

— Достань пистолет, — сухо произнес Лукьянов, — Осторожно, двумя пальчиками, без резких движений — и отбрось вон туда в траву. Алла машинально подчинилась. Ей как-то слабо верилось, что Лукьянов будет стрелять. Домогался еще минуту назад, с ума сходил оттого, что она рядом…

А в магазине творилось форменное безобразие. Верблюд ворвался первым, за ним Штопаный — два урода из страшной сказки. Глаза горели, слюна сочилась с губ. Украдкой перекрестилась сморщенная старуха, бочком выбралась из магазина. Ей не стали препятствовать. Обомлела продавщица — плотная, изрядно за тридцать. Съежилась, облизнула губы.

Тело покачивалось на воде, какое-то время сквозь него пробивалась лунная дорожка. Убийца проводил глазами мертвеца, снова закурил. Пару минут он стоял, прислушивался к ощущениям, — что там с совестью? Да, господи помилуй, какая совесть в двенадцатом часу ночи?! Ухмыльнулся и зашагал по тропинке, петлявшей по зарослям…

Алексей повалился на спину, но сознания не потерял, пытался встать, цеплялся за жизнь. Субъект в штормовке ударил ногой по голове — тот снова откинулся и на этот раз лишился чувств. «Приятель» перевел дыхание, поглядел по сторонам. Сучковатая коряга, валявшаяся у переката, вполне устраивала. Поднял ее, прикинул вес. Крякнул, размахнувшись, — ударил Алексея по голове.