Цитаты из книги Уникумы Вселенной

– А я думал, они тоже пролетят над Пирамидой.
– Не обязательно. Да и вообще, на пролетающие пары редко кто обращает внимание. Другое дело, когда они взлетают возле корабля. Все наши моряки думают, что дельфины делают это специально, чтобы ими полюбовались.

– Я расставлял вешки на тех барханах, как вы приказали, – рассказывал практикант, пытаясь отдышаться. – Возвращаюсь, смотрю, а там воронка. Спустился вниз, присмотрелся: точно. Песок стекает вниз медленно, медленно, как в песочных часах. Я еще чуть подсыпал: тот тоже стал стекать. Я к вам. С тех пор, мне кажется, воронка стала еще больше.
Броди тяжело вздохнул и осмотрел парня с ног до головы:
– Никогда! Запомни хорошенько: никогда в жизни не подходи близко к подобным вещам без страховки!

Его единственное хобби – вулканы. Все свои отпуска он проводит в путешествиях к этим дымящимся, извергающим пламя или мирно спящим демонам природы, совмещая свои поездки с познанием новых женских тел, обладательницу какового, а то и нескольких сразу, он приглашает с собой в путешествие.

– Вы меня приятно шокируете, я при вас даже теряюсь. Или вы читаете мои мысли, или… уже намного умнее меня.
– Ну что вы, Александр Константинович! Это мне за себя неудобно. Все годы обучения в институте мечтала встретиться с вами, а когда это случилось – умничаю до неприличия. Будто вы мой однокашник.

– Конечно, ты можешь высказывать свое мнение. Но без эмоций, «деликатно и неназойливо», как инструктировал тебя… сам знаешь кто.

...к сожалению, не могу. Совесть не позволяет стать многоженцем.
– Не вешай лапшу! – Александр изо всех сил пытался вырваться из дружеского захвата. – Сам уже третий раз женат, да еще поговаривают, что из детей, бегающих по Звездному, добрая половина похожа на тебя.

– Вам уготована особая судьба! Уже четвертый день все, кто вас знал, считают вас покойниками. И, соответственно, оплакивают… А возможно, и радуются: ведь вас приговорили к смерти не за хорошие дела. Но! Вы до сих пор живы. Даже более того: прекрасно себя чувствуете! Такая возможность предоставляется не каждому. А вам повезло. Интересы нашей империи требуют от нас всех полной самоотдачи и самопожертвования.

– Я считаю, опыт удался! Пусть не до конца, но уже сам факт частичного оживления утопленников говорит сам за себя! А иннервация! После десятиминутного отключения у них всех жизненных функций происходило то, что возможно только в организмах, находящихся в летаргическом сне или в неизлечимых состояниях комы. Мое мнение: эксперименты надо продолжать. Немедленно и в больших количествах! А попутно заниматься изучением всех возникающих интересных факторов!
– Но может быть, не стоит так спешить?

И впервые в жизни я кому-то в этом признаюсь – меня тот район тянет к себе уже давно. Какими-то невидимыми магнитными линиями, что ли? Сердцем чувствую – есть там что-то! Но данных-то – полный ноль!

– Ну что, научный червяк, я вижу, пыльные библиотеки не прибавили тебе здоровья?

– Если за сто двадцать лет никто не добрался до истины, то только потому, мне кажется, что пытались сразу же достичь конечной цели: одним рывком, одним движением. А в результате – только неоправданные жертвы, которых вполне можно было избежать. Стоило только подойти к вопросу с позиций науки, обезопасив себя точными расчетами и планомерной поступательностью…

Издавна вражда между двумя государствами разъедала напоенную кровью землю. Если Хардия занимала добрых две трети северной части Алмазного континента, то Египет – чуть больше одной четвертой. И все же, благодаря своим великолепным житницам в дельте Нила, он всегда оставался лакомым кусочком для любого завоевателя.