Цитаты из книги Ведьмы с Восточного побережья

…то было свойство ее натуры, умение «видеть» чужие эмоции. Фрейя легко замечала не только обыкновенное половое влечение или страсть, но и нежную романтическую влюбленность. Она «читала» в душах людей сильный гнев, ненависть, убийственную ярость и всепоглощающую тревогу — одним словом, чувства, противоположные любви.

У нее появилось ощущение, будто она охвачена огнем, сгорает на костре день и ночь — вскоре от нее ничего не останется, кроме горстки золы и бриллиантов.

Одно из самых больших удовольствий — увидеть родной дом после долгих странствий.

Доброта исходила от Брана, как сияние от светлячка.

Материнство не только заставляет тебя толстеть и бороздит лоб тревожными морщинами, но и дарит тебе любовь к собственному ребенку — огромную, всепоглощающую, которая порой похожа на опасный, обоюдоострый нож.

— Чтобы спокойно жить здесь, вы должны следовать правилам и законам мира людей. Если против вас не выдвинут никаких обвинений, Запрет будет снят и вы сможете снова заниматься практической магией. Конечно, в пределах разумного. Не следует привлекать к себе слишком пристальное внимание. Подобное условие относится и ко всем нашим, оставшимся по эту сторону моста.

Она проклинала свой дар. Проклинала бесполезную, бесполезную магию! То была самая большая трагедия — она могла вернуть к жизни любого, исцелить тяжелый недуг, вновь подарить человеку здоровье и счастье. Она была в силах спасти всех пациентов, умирающих в соседней палате. Она вытащила Лайонела Хорнинга из Царства Смерти.
Но колдовство Джоанны не действовало на людей, которых она любила.

Разумеется, я снова буду заниматься магией! Ах, Ингрид, это было прекрасное ощущение! Я словно… опять стала собой… понимаешь?

Миловаться — какое странное слово. В принципе, никто этим и не занимался. Современные тинейджеры уже миновали данный уровень и продвинулись гораздо выше — или, точнее, ниже.

Мы с тобой принадлежим друг другу, мы — единое целое. И так было всегда. Но сразу я ничего не мог тебе объяснить. Я связан пророчеством и не мог открыться до того момента, пока ты сама меня не узнаешь — не увидишь во мне того, кто я есть на самом деле.

Мне надоело бояться. И пока они действительно к нам не заявятся и не велят мне все прекратить, я буду делать, что хочу! — заявила она. — Меня тошнит от этой жизни со связанными за спиной руками!

…если ждать от него инициативы, то дело никогда с места и не сдвинется.

Она, всегда щедро раздававшая любовь направо и налево, только с ним поняла, что значит быть любимой.

Ей было невероятно приятно играть в «маму», которой не надо нести ответственность за ребенка. Она должна заботиться только о том, чтобы малыш был сыт, здоров и доволен жизнью, а воспитывать его и занимать остальной досуг — дело родителей.

Женское тщеславие не умирает с приходом старости, в особенности у красивых.