Цитаты из книги Вино из одуванчиков

Но иной раз я думаю: с радостью отдала бы острое словцо или изящный реверанс за друга, который остался бы со мной на субботу и воскресенье лет эдак на тридцать.

Кушанья сами говорят за себя, в них заключена собственная философия, и они сами отвечают на все вопросы.

Глядите в оба, запоминайте все-все, каждую секунду! Помнить надо все, что только есть на свете.

… большинство молодых людей до смерти пугаются, если видят, что у женщины в голове есть хоть какие-нибудь мысли.

Некоторые люди слишком рано начинают печалиться, — сказал он. — Кажется, и причины никакой нет, да они, видно, от роду такие. Уж очень все к сердцу принимают, и устают быстро, и слезы у них близко, и всякую беду помнят долго, вот и начинают печалиться с самых малых лет. Я-то знаю, я и сам такой.

"Жизнь - это одиночество. Внезапное открытие обрушилось на Тома как сокрушительный удар, и он задрожал. Мама тоже одинока. В ту минуту ей нечего надеяться ни на святость брака, ни на защиту любящей семьи, ни на конституцию Соединенных Штатов, ни на полицию; ей не к кому обратиться, кроме собственного сердца, а в сердце своем она найдет лишь неодолимое отвращение и страх. В эту минуту перед каждым стоит своя, только своя задача, и каждый должен сам ее решить. Ты совсем один, пойми это раз и навсегда."

Я буду каждое утро развертывать мир , как резиновую ленту на мяче для гольфа, а вечером завертывать обратно.

Господи боже, дети есть дети, а старухи есть старухи, и между ними пропасть.

Вот вы увидели дракона, он только съел лебедя; можно ли судить о лебеде по нескольким перышкам, которые прилипли к пасти дракона?

Ты всегда хочешь оставаться такой, какой была прежде, а это невозможно: ведь сегодня ты уже не та.

Хорошо все-таки старикам - у их всегда такой вид, будто они все на свете знают. Но это притворство и маска, как всякое другое притворство и всякая другая маска.

Солнце не просто взошло, оно нахлынуло как поток и переполнило весь мир.

Когда человеку семнадцать, он знает все. Если ему двадцать семь и он по-прежнему знает все – значит, ему все еще семнадцать.

Тело живет только для себя. Только для того, чтобы пить, есть и ждать ночи. В сущности, это ночная птица. А ведь дух рожден от солнца, Уильям, и его удел - за нашу долгую жизнь тысячи и тысячи часов бодрствовать и впитывать все, что нас окружает.

Я и правда живой, – думал Дуглас. – Прежде я этого не знал, а может, и знал, да не помню.

Конечно же, центр мироздания - кухня, ведь все остальное вращается вокруг нее; она-то и есть тот самый фронтамент, на котором держится весь храм!