Цитаты из книги Виртуальные связи

Вообще ипотека – это какая-то натурально современная форма рабства.

Интернет – это не настоящее. Все это – фикция. Вот машина разбитая – это реальность. Жена, которая не умеет водить, – это жизнь. Мой муж, который, к примеру, вычисляет рубашку, чистая она или нет, по запаху, – вот реальность.

Она вдруг все поняла, разом, в целом, без разночтений и недомолвок. Ее дочь живет с какой-то девахой, как лесбиянка, какой кошмар. Какой позор! И к чему это все приведет. Этот дом… тут же ведь ребенок живет, между прочим.

Был у Яны еще один – моложе ее лет на десять. Ну как был? Звонил, когда выпьет. Иногда приглашал встретиться, говорил о себе, денег однажды одолжил – не отдал. Он был какой-то неправильный, запутавшийся и совсем потерянный.

А настоящая любовь – ее надо искать долго. Главное, не забывать обновлять статус и поддерживать аккаунт. Фотки добавлять, писать в ЖЖ.

Проблем было две. Первая – Яна ощущала себя старой. Откуда взялось это чувство? Почему она вдруг перестала чувствовать себя на привычные тридцать? Она уже лет десять чувствовала себя на тридцать, не больше, и вдруг – бац! Тащишься, перебирая отяжелевшими ногами, с варикозом, на ненавистных каблуках, а тебе сорок пять, не меньше. Хотя в действительности их еще нет, а ощущаешь себя чуть ли не на пятьдесят.

Вы, акулы литературного бизнеса, испортившие народный вкус и разложившие русский народ морально, подсадившие его на дешевое бульварное чтиво, должны и даже обязаны оплатить мне такси.
– Ну, конечно, обязаны,...

Даже когда очень плохо и больно, ты больше не одна, ты вместе с миллионами других пользователей, висящих на сайте вместе с тобой. И очень может быть, что, если захотеть и покопаться, я бы смогла найти правильный форум, где совершенно такие, как я, брошенные женщины собрались бы со всех концов планеты, чтобы разделить в чате мегабайты общей и в принципе совершенно одинаковой боли. Главное, правильно сформировать запрос в поисковиках. И… This is хорошо!

Поездки к маме я практиковала нечасто. Как-то не были мы особенно близки. Она и любила больше Яну. Всегда отрицала это, но я знала, что с Янкой у нее всегда были отношения, а со мной – одни проблемы.

...фотография – может запечатлеть краткий миг счастья, которого никак не успеет увидеть быстрый, суетливый человеческий взгляд.

– Я не могу быть дома, потому что тебя там больше никогда нет! Я не могу сидеть в пустых стенах и слушать, как тикают дебильные часы в коридоре. Я сойду с ума. Чего ты хочешь? Как я должна жить? Скажи, что нужно сделать, чтобы между нами все было нормально? Чтобы ты не смотрел на меня вот так! Думаешь, мне нужна машина? Мне нужен был ты. А теперь… теперь мне вообще только Олеська и нужна.

Он не обманул моих ожиданий, я имею в виду внешне. Внутренне – черт его знает, что там у него внутри.

– Я однажды видела на Youtube ролик. Мальчик лет пяти сидит в машине. Его мама спрашивает, знает ли он, кто у нее родился. Он радостно так – мальчик! Она говорит – ну что ты, ты же знаешь, что девочка. И он тут как заревет! И орет благим матом, что у него уже есть четыре сестры и что это вообще ужас и мрак. И какого черта они рожают одних только девочек. Такой бедный малыш.

А мой муж ненавидел себя. Он презирал себя больше, чем мог кого-то любить. За этой стеной отчаяния пропали и наши чувства, и наша жизнь. Он сбил человека. Не знаю, что случилось и как, но знаю точно, что в тот момент он сбил и самого себя, и меня тоже. И мы лежали, уничтоженные, в пустыне, и мучительно умирали друг без друга. Я вспомнила, что надо дышать. Глубоко вдохнула и склонилась к экрану.

Только-только освоившись в Интернете, она вполне комфортно существовала в прилагаемых обстоятельствах. Искала настоящую любовь, преимущественно где-нибудь за границей, а пока что съездила с хорошим человеком в Турцию. Ну да, человек был немного женат. Уехал как бы в командировку. Зато на доске катался просто отлично и Ирину научил. Потом, разве же лучше было бы мутить с турком каким-то? Уж они-то там точно к нашим девчонкам как к проституткам относятся. Еще заразят чем-нибудь, не дай бог. А так – пять звезд, три бассейна, все за его счет. Чего еще нужно от жизни? Загару до сих пор в офисе завидуют.

Вообще дочь радовала. Много читала, звонила по десять раз на дню, спрашивала, что Олеся думает об Онегине, и называла Татьяну Ларину лохушкой. Олеся всегда боялась, что такая вот жизнь на два дома разрушит зыбкую связь с дочерью – все-таки подросток, все-таки живет с бабушкой в Твери. Видятся не каждую неделю, говорят в основном по телефону. Олеся помнила, как сама виделась с отцом раза три в год – когда он приезжал ее навестить, – сидели молча в гостиной их теплой, уютной тверской квартиры, молчали и не знали, о чем говорить.

– 23–52 Мой муж, кажется, больше меня не любит.
– 23–55 Какая глупость. Вы, женщины, придаете этому слишком большое значение. Не поцеловал на прощание в щечку – все, вселенская драма. А у мужика, может, голова забита проблемами. И потом, что удивительного, ведь ты ему изменяешь?
– 23–57 Я изменила ему только один раз. Ты не поверишь, конечно, но я сделала это от отчаяния. Моя… – Я чуть не написала «сестра», но вовремя стерла слово. – Моя подруга посоветовала мне изменить мужу. Сказала, это будет «квит про кво».

Незачем баловать творческую интеллигенцию излишней свободой.

...в глубине души совершенно точно знала, что виноват он только передо мной и ни перед кем больше. Я любила его – он предал меня. Не подумал обо мне, оставил меня, не подхватил, когда я полетела в эту пропасть. Из-за него я сижу тут одна, на грязном ковре, полная мучительных мыслей, и не знаю, как дотянуть до утра. Перед кем еще он может быть виноват и в чем?

Но чтобы жалеть людей – это вообще редкость в наше время.