Цитаты из книги Мятеж (#2)

— Я обещаю, — сказала она и поспешила уйти, прежде чем он смог бы догадаться, что это было ложью.

Принципы определяли очень многое, что форми- ровало жизнь Лондона. От того, что человек должен делать, чтобы жить или работать за пределами сво- его квартала, до того, как поступать тем, кто вступает в брак или рожает детей с кем-то из другой фракции. Но ни один из Принципов не имел такого веса или такого серьезного наказания, как те, которые касались торговли.

Он знал, кого винить в своей разрушенной жизни. Он знал это, как если бы в его большом пальце болью пульсиро- вала застрявшая заноза. Олливан целый год хранил это в своем почерневшем сердце, словно драгоцен- ность. Он не хотел, чтобы его друзья думали иначе.

Он резко поднял голову. В его глазах пылал огонь. — Что, прости? — Не все крутится вокруг тебя, Олливан, — сказала Кассия, и в ней тоже вспыхнул гнев.

Мир закружился вокруг, огонь поглотил его, и все, что Олливан мог сделать, это приготовиться к удару о землю.

Кассия сдалась. Что плохого в том, что у нее была кукла, которой она могла излить свою душу, если это заставляло ее чувствовать себя лучше? Это было все равно что вести дневник, или кричать в подушку, или сочинять письма Гедеону, Эстер или Файфу, прежде чем бросить их в огонь.