Цитаты из книги Южное лето (Читать на Севере)

На практике это сложней, на практике вообще всё иначе, но красота нашей жизни – в теории.

Писателю лучше всего пишется в августе, на животе любимой женщины.

Да… Сто лет Ильфу.
Из них он сорок прожил.
Самый остроумный писатель.
Были глубже. Были трагичнее. Остроумнее не было.

Тебя знает или думает, что знает, весь русскоговорящий, и нерусскоговорящий, и плохоговорящий мир.

Но жил в здравии долго. Все знают таких людей, все на них показывают – вот, мол, и пища нездоровая, и каждый день с утра, а падают – не бьются, в холоде – не болеют, зарядку не делают, жуткий образ жизни ведут, но живут и живут.

Тьфу ты господи!..
Такие были времена. Единственное, в чём сходство, – раньше во Львов не звали и сейчас не зовут. Но, видимо, по разным причинам.

Ни на один вопрос не отвечает, хотя смотрит приветливо, чем и завоевал всеобщее уважение.

У нас местное население уже не рождается.
Рождаются эмигранты.
Маленькие, грудные, но уже заядлые.

Просыпаюсь. Пробую организм – всё ли действует.
Это называется зарядка.
Затем приступаю к его износу через удовольствие!
Жизнь и есть износ организма через удовольствие.

Только находясь здесь, Гриша, где у тебя всё родное, любимое, где каждый куст и каждый человек тебе знаком, ты можешь готовить почву там, пока тебя любят здесь.

Не могу вспомнить, хоть обыщи.
Обыскали, и он вспомнил.

Коммунистическая партия учит нас: не думай о себе, думай о других – тогда другие будут думать о тебе.

На вопрос, что меня связывает с Украиной, хочется ответить: «А что вас связывает с родителями?» Откуда я знаю? Что-то связывает.

...одесская красавица есть красавица, ибо состоит из смеси разных кровей.
И кто вопит: Россия – для русских, Украина – для украинцев, Молдавия – для молдаван, – пусть приедут и посмотрят на одесскую женщину.
Красавица – есть красавица.
Молодая – мучение.
Пожилая – наказание.

Ты прокладываешь лыжню.
Мы гуськом за тобой.
Как говорят в спорте – «прицепиться к лидеру».
Мы с тобой выросли в то время, когда всё знали наизусть.
Всё в голове – ничего на бумаге.
И всё при себе: вещи, бельё.
Набор для любви.
Набор для тюрьмы.
Набор для голодухи.
Главное – дружба и порядочность.
Хотя это одно и то же.

И выборы – свободные.
Сбылось… Правда, мы сначала выбираем, а потом гадаем, правильно ли мы выбрали. Но выбираем правильно. А вот того или не того?
Но правильно. В этой ситуации, когда оба поливают друг друга и показывают друг на друге все язвы, всё равно надо выбрать, и второй сразу затихает и уже тише на половину, на одного.

Что нам надо, Юзик?.. Чтоб у детей наших было немножко больше счастья, чем у нас.

Что ещё меня связывает с Украиной, кроме еды, моря, воздуха, юмора… Видимо, люди, с трудом живущие на её земле.

Вдруг этим чёрным утром всё остановилось, распались стены.
Стало маленьким то, что им было. Но оно же им было… Как ты сделал его другим? Что ты себе создал? Кто тебе сказал и почему?
Он не наказан.
Никто не наказан.
Просто ты вознаграждён.
Спасибо Ему за эту остановку. Даже неба клочок, даже моря кусок, даже дым шашлыка… Я уже не говорю о гомоне птиц – это будет сложно.

Наша мама всегда стирала, а мы всегда ходили грязные… И какой гвалт… Пятеро хотят писать, один хочет селёдку. Какие книжки, какие тетрадки?.. Я ещё получил очень удачное образование, я чинил примуса.