Цитаты из книги Звездное наследие

— Мне кажется, они пытались увлечь мое воображение на край Вселенной, откуда я мог бы взглянуть на вечность и бесконечность… А потом они спрашивали, что я вижу, и я не мог им ответить, потому что видел слишком много. Там царство могущественных сил и тайн, которые не дано разгадать человеку…

— Наилучшие легенды и охранять следует наилучшим образом,...

Упадок и неразбериху, ставших итогом намеренного уничтожения образа жизни, созданного человечеством за века кропотливого труда, невозможно постигнуть умом.

А теперь, когда легкой жизни больше нет, что такое нынешняя жизнь? Почти пятнадцать веков бессмысленного жестокого варварства. И самое страшное в том, что человек даже не пытается подняться над своим варварством. Как будто, потерпев неудачу на избранном пути, человек не хочет и не может построить другую жизнь. Вероятно, не хочет даже попытаться сделать это. А может, человечество просто не сумело использовать свой шанс, а другого больше не будет?

— Эта снедь будет получше, чем та дрянь, которую ты таскаешь в мешке, паренек, — сказала Мэг.
Том сверкнул глазами:
— Могут настать такие времена, что ты будешь рада и этой дряни.

— Вселенная, и, если мы хотим познать себя, мы должны познать Вселенную…

Беседуя с собой, находишь много пунктов, по которым можно достичь полного согласия. И нет нужды говорить на неприятные темы.

— Мы — группа Исследователей, прибывшая издалека. Я — номер один, а моего коллегу можно называть номер два. На самом деле никто из нас не первый и не второй, это просто для того, чтобы как-то различать нас.
— Ну и отлично, — произнес Кашинг, — Рады познакомиться. Но скажите, если можно, что именно вы изучаете?
— С удовольствием, — ответил № 1.— Мы были бы очень рады, сумей вы пролить свет на некоторые чрезвычайно интересные для нас вопросы. Мы изучаем технологические цивилизации, не способные к длительному существованию. Они несут в себе семена самоуничтожения. Мы посетили много планет, и везде, где технология приходила в упадок, раса погибала. Она возвращалась к первобытному укладу жизни и больше не расцветала. Здесь та же картина. Более тысячи лет люди живут как дикари, и так, судя по всем признакам, будет дальше.

Чье-то чужое сознание взорвалось и забилось в ее мозгу — холодное, колючее, темное сознание. Словно наконец вырвавшись на волю, но испугавшись простора, открывшегося перед ним после многих столетий безнадежного ожидания, оно издало торжествующий крик.

— Что ты чуешь, Мэг? — спросил Кашинг.
— Только пустоту, мой мальчик, — отвечала та, — нечто бестолковое, мятущееся, горячее и дружелюбное, как бездомный пес, который ищет хозяина.
— Эта штука разумная?
— А как ты думаешь? Он живой, как мы, не чужой, не чуждый, но не разумный.

Технологическое общество, для того чтобы приносить максимум пользы, должно состоять из крупных структур — в сфере производства, управления, финансов и услуг. Крупномасштабность — пока она управляема — дает много преимуществ, однако, достигнув известной величины, структуры становятся неуправляемыми.

— Это волшебная обитель, — ответил предводитель стражи, — Там спят существа, которые будут после людей.
— Что значит «будут после людей»?
— Когда люди исчезнут с лица Земли, появятся они и будут жить вместо нас. А если разбудить их раньше времени, они сами уничтожат людей, сметут их с лица Земли и займут их место.

Мы платим за свое существование дорогую цену, думал Томас, мы ведем бесконечную и тяжелую борьбу за выживание. Не то что в старые времена,...

Он не видел здесь ничего святого. Ужас — да. Чувство одиночества — да. Место, откуда нужно скорее уносить ноги. Место, покой которого внушает странное беспокойство. Но ничего святого.

Когда-то группы людей могли обитать в собственных маленьких жилищах, обособленных от мира. В большинстве своем эти жилища прекратили существование. Их либо смели с лица земли, либо жители были вынуждены, ища защиты, вливаться в более крупные племена, способные ее предоставить.

Молодые были источником силы, старики — мудрости, и все вместе трудились на общую пользу.

— «…Я истребитель, — сказал он мне, — Я уничтожаю жизнь, которая не имеет права на существование. Я начисто уничтожаю миры, которые становятся несправедливыми. Что ты скажешь, если я уничтожу тебя?..»

— Без зрения, без слуха, без связи со всем живым. Человек сошел бы с ума…

— Несколько странно смотреть на огонек как на друга, но если ты одинок и веками не имел друзей, то и такой пустячок, как искорка на солнце, может показаться другом.