Карлос Фуэнтес о любви, музыке и революции

7 цитат из книг мексиканского классика

10 ноября, 2017

Карлос Фуэнтес (1928 — 2012) — классик мексиканской литературы XX века. Всемирная известность пришла к нему после публикации романа «Смерть Артемио Круса», в основе которого лежит история бывшего соратника Панчо Вильи. По сюжету книги после прихода к власти вчерашний революционер отступается от своих принципов, начинает стремительно обогащаться и становится крупных магнатом (то есть тем, с кем некогда сам призывал бороться). Процесс идеологического и нравственного преломления человека, описанный автором, оказал существенное влияние на развитие латиноамериканской прозы второй половины прошлого столетия.

Другими знаковыми произведениями Фуэнтеса стали «Старый гринго» (посвящен последним дням жизни американского писателя Амброза Бирса), «Спокойная совесть» и «Инстинкт Инес».

 

Мы отобрали семь цитат из его книг:

Истинная граница — у каждого своя, внутри себя. «Старый гринго»

Никого нельзя любить без причины. Родная кровь — не причина. Единственная причина — кровь, дорогая тебе без причины. «Смерть Артемио Круса»

Женщины меняются скорее, чем мужчины, словно с целью компенсировать более раннюю половую зрелость, не только физическую, но и ментальную, интуитивную... Женщина значительно быстрее и больше узнает про жизнь, чем ленивый мужчина, который не торопится расстаться с детством. Вечный подросток или, хуже того, постаревший ребенок. На свете очень мало незрелых женщин и очень много детей, прикидывающихся мужчинами. «Инстинкт Инес»

Музыка находится где-то посередине между природой и Богом. «Инстинкт Инес»

Революция начинается на полях сражений, но как только она изменяет своим принципам — ей конец, если она даже будет еще выигрывать сражения. «Смерть Артемио Круса»

Судьба других людей — любимая тема бесед в провинции. Если речь идет о судьбе, на которую можно повлиять, интерес удваивается. Если же доступная влиянию судьба — это судьба подростка, интерес превращается в долг. А если у этого подростка строптивый характер, долг разрастается до масштабов крестового похода. «Спокойная совесть»

Все мы одновременно жертвы и палачи той краткосрочной памяти, которая длится не больше тридцати секунд и позволяет нам продолжать жить, не становясь заложниками обстоятельств окружающей жизни. А долговременная память подобна замку из огромных камней. И тогда один лишь символ — сам замок — воскрешает в памяти все, что за ним стоит. «Инстинкт Инес»

Поделиться с друзьями
Получите книгу в подарок!
Оставьте свою почту, и мы отправим вам книгу на выбор
Мы уже подарили 40090  книг
Яндекс Дзен
Получите книгу в подарок!
Оставьте свою почту, и мы отправим вам книгу на выбор
Мы уже подарили 40090  книг

Читайте также

10 лучших книг латиноамериканских писателей XX века Познавательно
10 лучших книг латиноамериканских писателей XX века
«Сто лет одиночества», «Город и псы», «Игра в классики» и другие шедевры латиноамериканской литературы в нашей подборке
10 цитат из книг Октавио Паса Мнения
10 цитат из книг Октавио Паса
Выдающийся поэт и эссеист о своем искусстве, одиночестве и любви
5 цитат из романов Мигеля Анхеля Астуриаса Мнения
5 цитат из романов Мигеля Анхеля Астуриаса
В молодости душа видит то, чего хочет тело. А в старости все наоборот. У старых тело хочет того же, чего и душа, а душа с течением лет хочет одного: улететь
Мы в дивном новом мире Познавательно
Мы в дивном новом мире
Идеи из романов-антиутопий, ставшие реальностью. То ли еще будет!
Лучше, чем вы думаете: 5 добродетелей Ивана Бунина Познавательно
Лучше, чем вы думаете: 5 добродетелей Ивана Бунина
Рассказываем о том, каким на самом деле был знаменитый писатель
О случайных связях в искусстве: эротика в творчестве Бунина Познавательно
О случайных связях в искусстве: эротика в творчестве Бунина
Анализируем рассказы лауреата Нобелевской премии
Африка: 6 книг о черном континенте Познавательно
Африка: 6 книг о черном континенте
Свобода, древние мифы и геноцид
Вид на Сент-Виктуар со стороны Петера Хандке Познавательно
Вид на Сент-Виктуар со стороны Петера Хандке
Почему Поль Сезанн был одержим одной-единственной горой