Найти кого-то, кого ты полюбишь и кто полюбит тебя в ответ, — это прекрасное, необыкновенное чувство. Но найти СВОЮ половинку — еще лучшее чувство. Родственная душа — это тот, кто понимает вас, любит, как никто другой, всегда будет рядом, несмотря ни на что…

Мне, недвижимо лежащей с закрытыми глазами, вдруг представилось, будто я и есть та кошка, которая сидела под лимонным деревом. «Как кошка находит свои потерянные вещицы? Хммм…» – спросила я себя и, открыв глаза, обрадовалась: меня посетила просто сумасшедшая идея!

Выпив чашечку, она положила её в чашу с характерным бульканьем и крикнула: – Сарруд! Сарруд! Принеси уголёк! Огонь в курильнице уже погас.

В углу залы лежат четыре подушки и коврик для сидения, перед ними на полу покоится посеребрённый металлический поднос, на нём стоят кофейник, чашечки для кофе, блюдо с водой для мытья рук и угощение для гостей, а также лежит нож и рядом с ним ещё финики особенно сладкого сорта халас.

— Я верю в тебя, Ром. И буду рядом. Всегда.

— Если что, ты обращайся. Некоторые не понимают слова «нет». А я тебя в обиду не дам.

Ощущение было, что у меня просто взяли и вынули сердце, а затем, бросив на землю, у меня же на глазах и растоптали.

Я растерян. Потому что впервые мне, оказывается, не плевать на чувства другого человека, на его отношение ко мне. И я без понятия, что с этим делать и как поступить.

И это ее упрямство вызывает странное желание добиться своего не только потому, что поспорил. В одних ее глазах столько вызова, что меня до печенок пробирает.

Шелестов для меня как глоток свежего воздуха.

Всю жизнь можно быть смелой, но одно-единственное решение заставит сердце вечно болеть.

Чем нестабильнее время, тем сильнее колеблются сердца людей и тем больше они нуждаются в утешении божественной силы, чтобы найти хотя бы капельку надежды на спасение и лучшую жизнь.

Слова имеют переменчивое значение, и все зависит от того, как их толковать.

Если бы она не выступила, он бы промолчал, но стоило ей сделать ход, и он показал, что тоже во всеоружии: какой бы громоподобной ни была ее атака, его ответный удар будет не менее мощным.

Так много вещей пряталось в глубине его сердца, и он никогда не хотел их раскрывать. Но с каждым днем рука судьбы неумолимо подталкивала его вперед, и вдалеке он уже слышал раскаты необратимого грома любви и ненависти.

Ни ты, ни я не проявим мягкосердечия. Если ты не желаешь обнажить меч, то я первой нанесу безжалостный удар и подожду, пока ты втянешься в смертельную борьбу.

Справедливость и беспристрастность не более чем пустые слова. Справедливость нужна лишь слабым, сильные же сами добиваются для себя истины.

В этой жизни пусть все они, люди, погубившие Ваньюй, даже и не думают бежать! Она, Шэнь Мяо, спросит с них за содеянное в тысячекратном размере!

Я, Шэнь Мяо, если полюблю человека, то моя любовь к нему будет преисполнена достоинством. Его Высочество принц Дин — член императорской семьи, куда уж мне грезить о недостижимом?

Раз уж Шэнь Мяо было суждено снова прожить исполненную горестями жизнь, один за одним она стремилась вырвать с корнем клыки не окрепших еще гадюк — ее врагов, а затем мало-помалу их изводить.

Я никогда не думала о том, чтобы бороться за место в списке лучших, разве мне, самой последней в нем, под силу какая-либо борьба?

Но как человек может смириться с судьбой? Если тебе снова выпала та же жизнь, не слишком ли это прискорбно, не слишком ли возмутительно — смириться с той же судьбой?

У людей с жёсткими словами самые мягкие сердца.

— Ваше высочество, вы хотите сказать, что я достойна того, чтобы жить и умереть с вами? Уловив впереди какое-то движение на перекрёстке, Инь Гэчжи яростно сверкнул глазами, уголок его рта дёрнулся вверх: — Нет, я хочу сказать, что пока я жив, ты будешь рядом со мной. Если я умру, тебя тоже захоронят вместе со мной.

Когда у тебя случаются хорошие дни, проживай их всем сердцем. Не нужно зацикливаться на том, что у тебя есть и чего нет. В противном случае хорошие дни тебя разочаруют, и ты станешь только несчастнее.

…ей не нужно было спрашивать, чтобы знать наверняка, что Инь Гэчжи будет защищать своих людей, даже если они неправы. Плывя с ним в одной лодке, можно быть уверенной, что он защитит от любого порыва ветра и волны, которые встретятся на пути. Самое безопасное место – это за его спиной.

Колесо перерождений крутится непрерывно, предопределяя судьбу, и у Инь Гэчжи не было желания вмешиваться в дела небес – пусть каждый человек сам решает, как ему жить.

В самом деле, не может быть хорошим человек, рождённый сыном императора!

— Из-за семьи, в которой я родилась, мы никогда не смогли бы быть вместе. Но я все равно эгоистично желала одного: чтобы ты думал только обо мне.

Вероятно, даже он не знает, что со временем любые шрамы затягиваются. Надо лишь быть уверенным, что человек, которого ты любишь, испытывает подобное чувство взамен.

— Я хочу, чтобы он влюбился в меня хотя бы на закате моей жизни.

— Той зимней ночью в беседке ты защищал меня собой от ветра и холода. Несколько ударов кнутов — пустяк, если я смогу защитить тебя в ответ.

— Ду Ван, да кто ты, в конце концов, такой? Владелец лавки паланкинов вновь надел маску нахального повесы и улыбнулся: — Хороший человек.

— Ты когда-нибудь чувствовала то же, что я: глубокую и сильную веру в своего возлюбленного? Неважно что ждет вас в будущем, ты переполняешься уверенностью, что он преодолеет все препятствия и вернется к тебе.

Принцесса, ты выглядишь так, словно создана для меня.

Я провел годы, думая, что у меня нет никого, кто по-настоящему меня поддерживает. Но так было только до того, как я встретил тебя.

Ты не обуза. Ты не пустая трата времени. Ты очень желанна. И любой, кто заставляет тебя чувствовать себя кем-то меньшим, заслуживает кулак Ретта Итона в лицо. Или твой. Ты тоже можешь нанести ответный удар, понимаешь?

Я люблю тебя. Я полюбил тебя в тот момент, когда ты вошла в зал заседаний и усмехнулась мне, как будто знала что-то, чего не знал я. Это беспокоило меня, и я не мог перестать думать об этом. Желал знать то, что знаешь ты. Я зациклился на этом, но, наверное, я был просто зациклен на тебе.

— Пожалуйста, не плачь. Я чертовски ненавижу, когда ты плачешь. Это словно пуля в самое сердце. — Много пуль принял, да? — мой голос слаб, и я ненавижу это. — Нет, — хрипит Ретт, — но мог бы. Ради тебя мог бы.

Мы с ней действительно двойные звезды, застрявшие на орбите друг друга, притянутые друг к другу силой, которую мы не в состоянии увидеть или осознать — только почувствовать.

Этот пикник я всегда вспоминаю с тяжелым чувством, с глубокой печалью. Как предвкушал я ту радость, какую подарит мне этот день! Казалось, все вокруг сговорилось доставить нам счастье. Но счастье не пришло…

Без умения жертвовать собой во имя исповедуемых тобой идеалов невозможна и подлинная нежность — основа основ взаимоотношений между людьми

Время идет, нынешний день движется к концу, и мне так хочется, чтобы этот конец уже наступил; а ведь есть люди, которые доверили этому дню все свои надежды, всю любовь и все свои последние силы.

Кто-то сейчас умирает, у кого-то истекает срок платежа, и они мечтают о том, чтобы никогда не наступил завтрашний день. Есть люди, на которых это завтра нацелено, как угрызение совести. А иные устали, и как ни была бы длинна эта ночь, она не даст им желанного отдыха. Я же, растративший свой день впустую, по какому праву смею я призывать завтрашний день?

Я замахала руками: – Нет уж, не уводи разговор в сторону. Я хочу знать, кто была та таинственная незнакомка! – Мамочка, – протянула Машка, – мамочка, неужели ты до сих пор не поняла, что это была я?

Вот вам моя визитная карточка, она оказывает на рядовых магическое действие. И поклянитесь, что больше ни во что не станете влезать. Я поклялась, искренне надеясь, что он не заметил сложенных крестиком пальцев за спиной. Комиссар уехал, я пошла к метро. Очень не люблю опаздывать, поэтому к «Северному вокзалу» принеслась запыхавшись, с растрепанной головой.

Я быстро разобралась, в чем дело: Жан нашел письма нашей матери и понял, что его настоящий отец – Аллан Гранж. Да и как было не разобраться, если он прямо кричал, что мать – шлюха, а Эдуард – рогоносец. Как отец его не убил, не знаю!

– Видите ли, мадам, завещание должно быть прочитано в присутствии всех заинтересованных лиц. Для господина Дюруа есть конверт, который необходимо передать ему лично. – Давай сюда, судейская крыса. – Пьер выхватил конверт из рук нотариуса и вскрыл его. На пол посыпались фотографии. Пьер захохотал: – Как мило, глядите все! – И он начал совать фотографии нам в руки. – Глядите, наслаждайтесь.

Жить бы нам да радоваться в отремонтированных наконец комнатах, но тут-то и приключилась невероятная поездка в Париж. Оглядываясь назад, я понимаю, что вся эта история началась семь лет назад.

Я много раз выходила замуж. И каждый раз неудачно. Но, очевидно, начав, трудно остановиться.