РейтингиВ издательстве «Эксмо» выходит новый роман Маши Трауб «Не на том свете»
Книга о женщине Даше, жизнь которой давно превратилась в бесконечную череду командировок и рабочих встреч. Успех, карьера, признание — всё это есть. А вот места для чего-то личного, тёплого, настоящего в этой жизни не осталось.
-17% Не на том свете 779 ₽ Купить
Но однажды привычный бег обрывается. Даша приходит в себя в странном месте, где встречает людей, каждый из которых чем-то похож на неё: у всех своя боль, своя потеря, своё незавершённое дело. Постепенно она понимает, что оказалась между двумя мирами, земным и потусторонним — и что у неё есть выбор. Остаться здесь, где всё призрачно, но спокойно. Или вернуться туда, где её, возможно, никто не ждёт.
Мы поговорили с Машей Трауб о том, как рождаются такие «пограничные» сюжеты и что делать, если оказался на перепутье.
Маша, ваша новая книга начинается с того, что героиня попадает в место, которое одновременно похоже на обычный город и на «тот свет». Как возникла идея такого «пограничного» пространства?
Это очень известный ход, литературный или даже, скорее, сценарный прием — поместить персонажа в пограничное состояние. Притом, что моей героиней оно не вполне осознается как пограничное. Для нее нахождение в этом пространстве становится способом понять свою жизнь и саму себя. И людей, которые ее когда-то окружали и окружают. Нет, мне не хотелось, чтобы героиня увидела себя со стороны. Мне хотелось, чтобы она увидела жизнь других людей, которые в силу разных обстоятельств оказались рядом. И уже через них разобралась в самой себе.
Даша — женщина, которая всю себя отдала работе, а личную жизнь отложила «на потом». На ваш взгляд, это история одного конкретного человека или портрет целого поколения, которое однажды обнаруживает, что «потом» так и не наступило?
Я бы, конечно, не обобщала. Я все-таки писатель, а не социолог. Дело ведь не только в личной жизни, но и некой самодостаточности. Есть одинокие люди, которым никто рядом и не нужен. Они вовсе не страдают от одиночества, а наслаждаются им. Да и странно ожидать ситуации, когда вдруг за чашкой кофе человек скажет самому себе, что все — «потом» не наступило. Все-таки любой человек всегда живет надеждой на будущее. Именно об этом история — будущее непременно наступит, и оно может быть разным, как минимум интересным. И нам все-таки нужно жить, чтобы его увидеть. В этом смысле я остаюсь оптимистом. И еще это книга о возможности выбора. Именно перед ним и стоит героиня — остаться там, куда она попала, или вернуться.
В «пограничном» городе все заняты обычными делами: пьют кофе, устраивают показы мод, сажают цветы, воспитывают внуков. Это ваш способ сказать, что и после смерти человек продолжает жить своими привычками и страстями? Или наоборот — что земные ритуалы теряют смысл, когда за ними нет настоящей жизни?
Как и чем «живет» человек после смерти — никто не знает. «Показания» вернувшихся из комы — очень разные. Помните гениальный мультфильм «Душа»? «Там» — тоже жизнь чем-то похожая на существование «здесь», и в то же время не похожая. Я попыталась создать мир вроде бы обычной жизни, но с почти мистическими странностями, картинка как бы слегка искажена, она мерцает, возникают элементы саспенса. И оба мира — мне важно было это показать — очень тесно связаны.
Каждый обитатель этого города застрял здесь по своей причине: кто-то не может простить себя, кто-то — других, кто-то ждёт встречи с родными. Как вы думаете, что чаще всего удерживает человека «не на том свете» — чувство вины или неспособность отпустить прошлое?
Я не знаю точного ответа на этот вопрос. Думаю, его не может быть вовсе. Но вот что я знаю наверняка: человеку очень сложно, практически невозможно отпустить прошлое. Вину за проблемы всегда можно переложить на кого-то еще, но все равно собственный бэкграунд, свое прошлое, сюжеты своей жизни никуда не денешь.
В книге несколько сюжетных линий — и история Таты, и линия Вани с бабушкой, и прошлое самой Даши. Какая из них далась вам тяжелее всего эмоционально? И какая, наоборот, писалась легче?
Когда я работаю над романом, это работа над романом. Сюжетные линии — это сюжетные линии. У меня не бывает, что одна история пишется легко, а какая-то тяжело. Если тяжело пишется, значит, будет тяжело читаться. Поэтому от этого куска текста лучше избавиться и не заставлять читателя мучиться. Но это не означает, что не надо показывать тяжесть жизни — иначе зачем литература? Такой, если угодно, парадокс — легкое чтение о тяжести жизни, та самая, по Кундере, «невыносимая легкость бытия».
Даша проходит путь от полного одиночества до понимания, что она кому-то нужна. В реальной жизни это часто происходит через кризис. Как вы думаете, можно ли научиться ценить жизнь, не проходя через «пограничное состояние» — или человек устроен так, что только потеряв, начинает ценить?
Опять же зависит от человека. Кто-то умеет радоваться мелочам, кто-то по натуре на это не способен. Просто такой взгляд на мир, только и всего. Но я считаю, что можно обойтись и без страданий. Просто найти то, что радует. Меня, например, сейчас радует собака, которую я недавно завела, прогулки по парку с ней. Это целый огромный мир, который я сейчас познаю, и он мне очень нравится. Так что научиться ценить жизнь и испытывать радость можно и через приобретение, а не только через потерю.
Финал книги, несмотря на общую тему, светлый. Это ваш сознательный выбор — дать читателю надежду, или так «сложилась» история? Вы верите, что человек может вернуться «с того света» благодаря любви и заботе близких?
Да, мне хотелось сделать счастливый, немного сказочный финал истории. Хотя я бы назвала его «открытым». Что касается реальной жизни, тут я достаточно прагматична: вернуть человека к жизни могут достижения современной медицины и хорошие врачи.
В книге много рассуждений о том, что жизнь — это когда ты кому-то нужен. А что для вас самой является главным доказательством того, что человек «нужен»? Это конкретные поступки, слова, или само ощущение, что тебя ждут?
Для меня это ощущение дома, семьи. Да, это вполне конкретные вещи — приготовить обед и ужин для близких, поговорить с сыном и порадоваться его успехам — у него выходят статьи в научных журналах. Поговорить с дочерью и узнать про ее учебу в институте. А еще теперь я очень нужна собаке, которая еще щенок. И когда утром она залезает в кровать и начинает меня будить, требуя играть, гулять, есть, я понимаю, что все не так уж и плохо.
Если бы у вас была возможность поговорить с кем-то из «того мира» — неважно, реальным или вымышленным, — кого бы вы выбрали и о чём спросили?
Конечно, с родной бабушкой, у которой я много времени проводила в северокавказском селе. Я бы попросила рассказать историю. Она была великолепной рассказчицей и в детстве я готова была слушать ее часами. Ее истории были похожи на притчи, не всегда веселые. Я пытаюсь повторить ее интонацию в своих текстах — у меня много книг о том самом детстве в том самом селе. В том числе самые первые романы и повести, которые увидели свет уже два десятка лет тому назад.
Эта книга — во многом о выборе. А легко ли вам самой даются решения? Бывает ли, что вы сомневаетесь до последнего, или вы человек, который быстро говорит себе «да» или «нет»?
Что касается критических ситуаций, родные отмечают, что я действую, не раздумывая. Всегда быстро и с холодной головой. А в жизни я очень компромиссный человек и всегда стараюсь найти решение, которое прежде всего никому не навредит.
