В жизни Маши Стихаревой, которую любящий муж ласково называл Мотыльком, все было как в радужном сне: заботливый супруг, обожаемый сынишка и работа иллюстратора детских книг, приносящая удовлетворение и радость. Но уже не сон, а реальный мир становится кошмаром. Жить не хочется, ничего не осталось, что радовало и наполняло жизнь смыслом и счастьем. Есть только одно нестерпимое желание, удерживающее Машу на этом свете: расквитаться с подонками, лишившим ее всего, считающими себя выше законов человеческих и Божьих. Охваченный пламенем праведного гнева, Мотылек не боится сгореть и устремляется в самое пекло, чтобы измениться и внешне, и внутренне, стать грозным орудием мести...
Татьяна Устинова рекомендует: «Островская играет жизнями, тасует героев, заставляет их совершать неожиданные и странные поступки, а читателя — с замиранием сердца следить за ними и гадать: сработает, не сработает, выберутся, не выберутся!.. Сюжет то и дело поворачивает в какую-то другую сторону и на полной скорости несется дальше. Это почти невозможно, но ей удается удержаться на этих виражах!.. И очень хочется, чтобы у героев все получилось!.. И финал! Он всегда феерический, во всех отношениях».


Радиостанция «Москва FM», Ассоциация книгораспространителей и издательство «Эксмо» представляют совместный проект «Что читает Москва?»

Властный Кай, молчаливый Раян или верный Дарен?

Охота на призрака в постковидной реальности

Писатель из Японии покорил российских читателей

Онлайн-встреча с Анной Кубовской — директором редакции детской обучающей и развивающей литературы

Узнайте, чье жилище отражает ваш характер — Ёжика, Нюши, Бараша или Совуньи

Бесцветные медведи и пианист на льдине

Писал пошлые письма, спускал деньги на парики и был уверен, что заказчик «Реквиема» — сама Смерть

7 главных отличий, которые помогут не путать жанры

Интервью с писательницей о вызовах цифровой эпохи, «новой Каменской» и романе «Люди за спиной»

Подавиться виноградом, переесть блинов и умереть со смеху



Самодостаточная Сима, королева школы Теона или надежная подруга Катя?