Пигмалион

Марк Аврелий — римский император из династии Антонинов, философ, последователь Эпиктета, последний из "пяти хороших императоров". После смерти Марк Аврелий был официально обожествлен. Время его правления считается в античной исторической традиции золотым веком. Марка Аврелия называют "философом на троне". Император оставил философские записи — 12 написанных на греческом языке "книг", которые обычно объединяются в одно издание под названием "Наедине с собой". Главное в его записках — оценка жизни с философско-нравственной стороны и советы, как к ней относиться. Предшествующая традиция стоицизма различала в человеке тело и душу, Марк Аврелий же добавляет к ним еще и разум, который считает главенствующим началом. Согласно его философии, нужно стремиться к достижению полного бесстрастия. Лишь тогда в согласии со всеобщим разумом можно обрести счастье. Писательский талант Марка Аврелия, а также никогда не теряющая актуальности философия стоицизма сделали "Наедине с собой" одной из ключевых работ в римской литературе и истории, которая с интересом читается и сейчас.

Роман «Цвета и годы» — одно из самых тонких и пронзительных произведений венгерской литературы начала XX века, созданное Магрит Каффка. Это исповедальная история женщины, проживающей жизнь не как торжество, а как медленное угасание надежд — и всё же не лишённую внутреннего света. Героиня, Магда, оглядывается на пройденный путь: юность, окрашенную мечтами, брак, обещавший опору, и годы, в которых одно за другим растворяются иллюзии. Через её воспоминания проступает судьба целого поколения женщин, чья жизнь была заключена в строгие рамки общественных ожиданий. Но за внешней покорностью скрывается напряжённая внутренняя борьба — тихое сопротивление, боль утрат и редкие, почти незаметные мгновения подлинной свободы. Каффка создаёт удивительно живую ткань повествования, где «цвета» — это не только оттенки воспоминаний, но и метафора пережитого, а «годы» — мера неизбежных перемен. Сдержанный, прозрачный стиль романа обнажает глубину чувств, не прибегая к громким словам, и делает эту книгу близкой и современной. «Цвета и годы» — это не просто хроника одной жизни, а тихая, честная исповедь о времени, которое меняет всё, кроме самой жажды быть услышанной.

От автора «Энн из Зелёных Мезонинов». «Джейн из Лантерн-Хилл» — трогательный и светлый роман Люси Мод Монтгомери о взрослении, мечте о доме и обретении себя. Юная Джейн Стюарт живёт с мамой в строгой и холодной атмосфере в особняке властной бабушки, где нет места веселью и теплу. Девочка думает, что её отец мёртв, но однажды узнаёт, что это ложь, её отец живёт на острове Принца Эдуарда. И вот дом на Джой-стрит охватывает волнение, её отец присылает письмо, он просит отпустить Джейн на лето к нему. Несмотря на неодобрение бабушки, Джейн отправляют на остров Принца Эдуарда. Лето, проведенное в его доме на Лантерн-Хилл, становится для Джейн временем свободы, радости, открытий и смелой надежды на новую жизнь, в которой она, мама и папа будут жить вместе. Этот роман полон любви, приключений, доброй атмосферы. Люси Мод Монтгомери признанный классик детской литературы такого типа, который подходит и взрослым. Люси Мод Монтгомери (1874—1942) — выдающаяся канадская писательница, удостоенная звания офицера Ордена Британской империи и членства в Литературно-артистическом институте Франции. За значительный вклад в культуру Канады она была объявлена личностью национального исторического значения.

Молодая талантливая пианистка, страдающая от тяжелой депрессии и нервного истощения, по совету врача уезжает из Лондона в Канны. Там она встречает итальянского художника Рафаэлло Челлини, обладающего почти мистическим пониманием искусства и тайны цвета. Он говорит о том, кто может ей помочь, но путь к исцелению потребует от нее переосмысления всего, что она, как ей казалось, знала о самой реальности. Главная героиня едет в Париж, знакомится с загадочным целителем и мистиком Гелиобасом. Она проходит через экзотическое лечение, визионерские сны, которые постепенно исцеляют ее душу и тело. Переживая духовное пробуждение, она видит небесные видения, раскрывает тайны загробной жизни и открывает для себя любовь, которая выходит за пределы физического мира. Произведение сочетает в себе романтику, мистицизм и раннюю научную фантастику. Также Гелиобас появляется ещё в двух романах Марии Корелли — «Ардаф» и «Душа Лилит». Новая серия классики для поклонников «Магистраль. Главный тренд» в твердой обложке. Безупречность стиля, лаконичность, тактильные материалы, цветные форзацы, рисунок на обрезе.

Впервые на русском языке! «Старый Нью-Йорк» (Old New York, 1924) Эдит Уортон — цикл из четырёх новелл-приквелов к другому роману автора «Эпохе невинности», раскрывающих нравы элиты Нью-Йорка 1840—1870 гг. Уортон мастерски препарирует социальные условности высшего света, где традиции и статус диктуют каждый шаг. Читатель встретит знакомых персонажей по «Эпохе невинности»: влиятельную миссис Мэнсон Минготт, сплетника Силлертон Джексона и аристократа Генри ван дер Лайдена. Главные герои данных новелл совершают поступки из любви, но общество отвергает их за отклонения от их принятой парадигмы поведения. «Несбывшиеся надежды» Юноша Льюис Рейси тратит наследство на картины итальянского Возрождения по совету Рёскина. Отец лишает его всего, но спустя полвека полотна приносят состояние. «Старая дева» Шарлотта рожает внебрачного ребёнка от бывшего ухажёра кузины Делии. В силу обстоятельств Шарлотта не может воспитывать девочку, поэтому Делия удочеряет девочку. «Искра» Рассказчик восхищается другом Хейли Делейном, чьи моральные порывы — наследие встречи с Уитменом на войне. Правда, тогда Делейн не знал, кто он такой, и когда рассказчик случайно помогает ему разгадать загадку и знакомит его с некоторыми стихотворениями Уитмена, Делейн испытывает разочарование, считая новые формы поэзии чепухой. «День Нового года» Лиззи Хейзелдин продает любовь Генри Присту, чтобы содержать больного мужа. После его смерти она остается отверженной обществом, верной его памяти до конца дней. Много лет спустя рассказчик знакомится со стареющей Лиззи , которая ведет жизнь дамы полусвета, отвергнутая обществом, но при этом хранит верность образу мужа и никого к себе не допускает.