Таинственные истории, в которых трудно провести грань между реальностью и вымыслом, зыбкое пограничное состояние души, когда ужас подавляет все остальные чувства, завораживают и заставляют поверить в необъяснимое.
Все рассказы писателя собраны в одном томе.
«Тысячу обид я безропотно вытерпел от Фортунато, но, когда он нанес мне оскорбление, я поклялся отомстить. Вы, так хорошо знающий природу моей души, не думаете, конечно, что я вслух произнес угрозу. В конце концов я буду отомщен: это было твердо решено, – но самая твердость решения обязывала меня избегать риска. Я должен был не только покарать, но покарать безнаказанно. Обида не отомщена, если мстителя настигает расплата. Она не отомщена и в том случае, если обидчик не узнает, чья рука обрушила на него кару.
Ни словом, ни поступком я не дал Фортунато повода усомниться в моем наилучшем к нему расположении. По-прежнему я улыбался ему в лицо; и он не знал, что теперь я улыбаюсь при мысли о его неминуемой гибели.
У него была одна слабость, у этого Фортунато, хотя в других отношениях он был человеком, которого должно было уважать и даже бояться. Он считал себя знатоком вин и немало этим гордился...»


В числе трудных случаев — приставки, суффиксы и падежные окончания

Путеводитель по циклам, подциклам и книгам вне серий

Радиостанция «Москва FM», Ассоциация книгораспространителей и издательство «Эксмо» представляют совместный проект «Что читает Москва?»

Как книжная серия сопровождает читателя от 2 до 10 лет


10 книг о женщинах — убийцах или подозреваемых: смешные, страшные и трагические истории

Путеводитель по книгам, которые возглавляют рейтинги бестселлеров

Выбираем идеальную книгу под настроение

Убийцы, маньяки и охотники за монстрами

Джек-потрошитель, Доктор Смерть и людоед из Милуоки

Главные книги детства — в одной подборке

Рассказываем о великом русском композиторе

Смелый Сашка, рассудительная Кира или ироничный Илья?

Главную роль в четырехсерийной картине исполнила Светлана Смирнова-Кацагаджиева