Агадирский кризис. Карикатура
Агадирский кризис (Второй марокканский кризис) — резкое обострение международных отношений накануне Первой мировой войны в июне — октябре 1911 года. Конфликт возник из-за трений между Францией и Германией по вопросу о контроле над султанатом Марокко и разделе сфер влияния в Африке.
Черчилль написал Ллойд Джорджу38: «...поскольку Германия в Агадире заняла неверную позицию, это вынуждает нас по-иному рассматривать ее притязания. Если в ходе переговоров Германия объявит войну Франции или если Британия поймет, что Франция в безвыходном положении, мы должны оказать ей необходимую помощь. И мы не должны держать в тайне свою позицию — напротив, нужно немедленно довести ее до сведения властей Германии39». Из последующих событий стало ясно, что Ллойд Джордж, как и Грей40, не разделял прямолинейной и прозрачной позиции Черчилля.
Сазонов41 тоже призывал Англию через Бьюкенена42 как можно скорее озвучить союзнические намерения для сдерживания Германии. Однако Грей и Бьюкенен имели иное мнение. Бьюкенен говорил, что формальный союз, напротив, может обозлить Германию, тогда как на положении «просто друга» Англия могла бы оказывать полезные посреднические услуги России. Хотя на самом деле считал, что «...такой союз не был бы признан общественным мнением Англии»43. И Грей поддерживал позицию посла, которую в России было принято называть «ни нашим, ни вашим». Тем не менее, при прочих равных, Англию можно было понять: с одной стороны, она пеклась о собственной шкуре и нуждалась в восточном фронте, с другой — критически относилась к российскому самодержавию и его территориальным притязаниям в Черном море и на Востоке.
Черчилль же с момента Агадирского кризиса внутренне готовился к войне. «Немцы, — предполагал он, — на двенадцатый день войны способны перейти границу по реке Мёз44. После этого французы начнут отступать к Парижу. Напор германского наступления со временем будет ослабевать. С тридцатого дня русская армия начнет оказывать давление на Восточном фронте.
Британская армия сосредоточится во Фландрии. К сороковому дню войны германские силы на западе должны начать испытывать сильнейшее напряжение как внутри страны, так и на всех фронтах. С каждым днем напряжение будет усиливаться, и им будет необходима победа любой ценой. Именно в этот момент может появиться возможность для решающего удара»45.
Когда Черчилль представлял свой меморандум, демагог Бальфур46 являлся членом Комитета обороны Британской империи. Перечитывая его в 1914 году, он воскликнул: «Это торжество пророчества!»47.
Однако пророчество было по части наступлений провальным — «возможность для решающего удара» так и не представилась: горячий фазис Великой войны продлится до 1918 года, а для некоторых стран — до 1923-го. Предсказание же Черчилля относительно тридцатого дня войны и начала русского давления вообще сложно счесть за пророчество. Видимо, Бальфур либо не знал, либо забыл, что генерал Жилинский48 «пообещал выставить против Германии 800-тысячное русское войско и начать наступление на 18-й день после начала войны». Позднее срок сократили до предательских (для армии) четырнадцати дней!
Впрочем, Бальфур грешил оговорками. Позднее в одной из своих речей он продемонстрировал хрестоматийный для политиков Нового времени пример «осведомленности» в истории и географии союзной державы, упомянув город Харьков в качестве фамилии русского генерала...
Кроме того, Черчилль был далеко не единственным пророком и уж точно не первым. Лазарев49, предшественник Игнатьева50 через Ностица51, точно в таком же порядке, только без указания дней, пророчил наступление Германии на Францию еще в 1908 году. В тот момент, как следовало из летописи русской военной миссии в Париже, его подробный план наступления по левому берегу реки Маас не был принят к сведению французской стороной, слишком увлеченной реформами, партийными скандалами и пережевыванием «дела Дрейфуса».
Точно так же не были восприняты прогнозы его предшественника — грозы генерала Андрэ — Муравьева-Амурского52, предвидевшего планы Турции и необходимость нейтрализовать, если не удастся склонить к союзу, Испанию. Об этих предсказаниях позабыли частично оттого, что ни Муравьев-Амурский, ни Лазарев не могли создать себе нужного реноме, в чем преуспел Игнатьев, который при этом никаких свежих прорицаний пока не представил.
С другой стороны, основные прогнозы давно уже сделали, и новые казались совершенно бесполезными: историческая повозка войны стала на глубокую колею.
Англия с пеленок неизбежно занималась только собственными интересами. Островная держава иначе не осталась бы на плаву. Хорошо России, простиравшейся от Европы до Дальнего Востока, расточать без конца свои силы и средства то на защиту собственных границ, то на войны во имя поддержки союзников. Англия была очень экономна, что позволило ей не только выжить, но и стать самой большой в мире империей.
При том что Россия также являлась империей, большая часть ее территорий все же находилась в единых границах, тогда как Британия, напротив, сколотила свои территориальные владения из всего, что смогла. Такой характер ее «имперскости» в значительной мере повлиял на дальнейшие судьбы обеих держав и на вектор мирового развития. Россия присоединяла смежные территории: Кавказ, Среднюю Азию, Прибалтику, часть западной (относительно себя) Польши и Финляндию, в то время как Англия распростерла объятия в прямом смысле на весь мир. В ее колониях числились Индия, различные части Африки, острова, территории Юго-Восточной Азии и даже Америка. До объявления независимости, которую поддержала Россия, вовремя выслав эскадру, тринадцать американских колоний тоже принадлежали Англии.
Россия и США использовали при колонизации способ расширения единых границ, а Англия, Франция и другие европейские страны — анклавно-эксклавный; причем многие доминионы находились за тысячи километров от метрополии. В момент присоединения территории кажутся наиболее существенным приобретением колонизаторов. Но в долгосрочной перспективе становится очевидно, что гораздо более важным оказывается распространение культуры и, в частности, языка. Территории пластичны. Культура проникает в головы. И там оставляет неизгладимый след надолго, определяя в дальнейшем не только путь развития народа, но и способы влияния на соседа.
38 Артур Джеймс Ба́льфур (Arthur James Balfour) (25 июля 1848, Уиттингхейме, Восточный Лотиан — 19 марта 1930, Фишерс-Хилл, Суррей) — британский политик, премьер-министр Великобритании (1902–1905), первый лорд Адмиралтейства (1915–1916), автор «Декларации Бальфура» (1917).
39 Гилберт М. Указ. соч. С. 161.
40 Эдуард Грей, 1-й виконт Грей оф Фаллодон, — английский государственный деятель. С 1885 года член парламента от Либеральной партии. В 1892–1895 годах заместитель министра иностранных дел, в 1905–1916-м — министр иностранных дел.
41 Сергей Дмитриевич Сазо́нов (29 июля [10 августа] 1860, Рязанская губерния — 11 декабря 1927, Ницца) — российский государственный деятель, гофмейстер Двора Его Императорского Величества (06.12.1910), министр иностранных дел Российской империи в 1910–1916 годах, дворянин, землевладелец Рязанской губернии.
42 Джордж Вильям Бью́кенен (George William Buchanan) (25 ноября [7 декабря] 1854, Копенгаген — 20 декабря 1924, Лондон) — британский дипломат, посол Великобритании в Российской империи (1910–1918). Свидетель падения монархии и Октябрьской революции, автор мемуаров о событиях в России.
43 Бьюкенен Дж. Б. Указ. соч. С. 105.
44 То же, что р. Маас.
45 Гилберт М. Указ. соч. С. 161–162.
46 Артур Джеймс Ба́льфур (Arthur James Balfour) (25 июля 1848, Уиттингхейме, Восточный Лотиан — 19 марта 1930, Фишерс-Хилл, Суррей) — британский политик, премьер-министр Великобритании (1902–1905), первый лорд Адмиралтейства (1915–1916), автор «Декларации Бальфура» (1917).
47 Гилберт М. Указ. соч. С. 161–162.
48 Яков Григорьевич Жилинский (27 марта 1853–1918) был русским генералом от кавалерии, начальником штаба Императорской Российской армии с 2 февраля 1911-го по 4 марта 1914 года.
49 Владимир Петрович Лазарев (5 [17] февраля 1865 —— 19 июня [2 июля] 1916) —— генерал-лейтенант Генерального штаба, участник Первой мировой войны. 9 марта 1901 года назначен военным агентом в Париже. Одновременно с 1 мая по 1 сентября 1906 года был прикомандирован к лейб-гвардии Кирасирскому Ее Величества полку для ознакомления с общими требованиями управления и ведения хозяйства. 15 мая 1908 года отозван из Парижа и назначен командиром 13-го гусарского Нарвского полка.
50 Граф Алексей Алексеевич Игна́тьев (17 февраля [1 марта] 1877 —— 20 ноября 1954) —— военный агент во Франции (1912–1917).
51 Граф Григорий Иванович Но́стиц (23 января 1862 —— 29 апреля 1926, Биарриц) —— русский генерал-майор, военный агент во Франции, начальник штаба Гвардейского корпуса во время Первой мировой войны. В 1908–1912 годах состоял военным агентом во Франции, будучи предшественником на этой должности графа Алексея Алексеевича Игнатьева.
52 Граф Валериан Валерианович Муравьев-Амурский (6 [18] апреля 1861 —— 23 августа 1922, Ницца) —— генерал-майор Генерального штаба.