Электронная книга «Дом Этингера»

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.

Дина Рубина — современный прозаик, лауреат премии «Большая книга». Ее романы и рассказы не раз были экранизированы. «Желтухин» — это первая часть семейной саги «Русская канарейка».

Судьбы двух главных героев переплелись еще задолго до их рождения. Его кипучая и музыкальная семья живет в Одессе. Ее семья скрытных и молчаливых странников — в Алма-Ате. На протяжении столетия их будет связывать тоненькая ниточка рода канареек. Рода блистательного маэстро Желтухина. А затем последний по времени Этингер встретит глухую девушку, увлекающуюся фотографией.

Но это все потом. Пока его прабабушка появилась на пороге дома Этингеров и схватилась за веник. Впереди любовь на всю жизнь, война, дружба с барышней и воспитание талантливого внука, которого однажды окрестят «Ке́нар руси́» («Русская канарейка»). А ее отец — еще только мальчик. Он учится у Зверолова ухаживать за канарейками и не подозревает, какие испытания приготовила для него судьба.

В романе «Русская канарейка. Желтухин» детективная история слилась с любовно-психологической драмой. Книга не отпустит до последней страницы.

Все части семейной саги:

«Русская канарейка. Желтухин»

«Русская канарейка. Голос»

«Русская канарейка. Блудный сын»

Рекомендация от редактора, что еще почитать из книг Дины Рубиной:

«Дизайнер Жорка. Книга первая. Мальчики»

«Дизайнер Жорка. Книга вторая. Серебряный рудник»

«Не вычеркивай меня из списка»

«Маньяк Гуревич»

«Белая голубка Кордовы»

«На солнечной стороне улицы»

«Синдром Петрушки»

«Почерк Леонардо»

Трилогия «Наполеонов обоз»

Фрагмент из романа «Русская канарейка. Желтухин»

«Да никакой балериной она не была! И не бывает балерин с такой грудью. Тоже мне хозяйство – балерина: полфунта жил на трудовых мослах. Нет, Эська заколачивала тапершей в синема, и заколачивала крепкими пальчиками, и востро глядела в ноты, читая с листа, а грудь у нее была, как две виноградные грозди («Песнь песней» в исполнении хора поклонников) – как виноградные грозди, созревшие свободно и сладко в ее неполные шестнадцать лет…»