Мнения

10 цитат из книг историка Сергея Соловьева

Есть явления, по-видимому, мелкие, но которые служат верным мерилом общественного развития

17 мая, 2017

Сергей Михайлович Соловьев (1820 — 1879) — один из наиболее известных российских историков. Именно он предложил важную научную концепцию, которая в наши дни кажется очевидной, но для XIX века была подлинным прорывом: историю собственной страны нужно изучать в контексте развития соседних государств.

Почти всю свою жизнь Соловьев посвятил науке и преподаванию в своем родном Московском университете. Не обладая красноречием, он тем не менее был любимцем студентов:

«Он именно говорил, а не читал, и говорил отрывисто, точно резал свою мысль тонкими удобоприемлемыми ломтиками <...> Чтение Соловьева не трогало и не пленяло, не било ни на чувства, ни на воображение, но оно заставляло размышлять. С кафедры слышался не профессор, читающий в аудитории, а ученый, размышляющий вслух в своём кабинете <...> Соловьёв давал слушателю удивительно цельный, стройной нитью проведённый сквозь цепь обобщённых фактов взгляд на ход русской истории», — вспоминал о лекциях Соловьева другой выдающийся русский историк Василий Ключевский.

Три десятка лет ученый занимал кафедру русской истории в Московском университете, столько же проработал над своим главным трудом — «История России с древнейших времен». Последний, 29 том этого сочинения вышел уже после смерти автора. Ни до, ни после Соловьева никто из ученых не смог объять столь продолжительный период времени (с V века до н.э.) и рассмотреть так много регионов.

Мы отобрали 10 цитат об обществе и государстве из лучшего исторического многотомника XIX века:

В то время как одни, преклоняясь пред его величием, старались оправдать Иоанна в тех поступках, которые назывались и должны называться своими очень нелестными именами, другие хотели отнять у него всякое участие в событиях, которые дают его царствованию беспрекословно важное значение. Эти два противоположных мнения проистекли из обычного стремления дать единство характерам исторических лиц; ум человеческий не любит живого многообразия, ибо трудно ему при этом многообразии уловить и указать единство, да и сердце человеческое не любит находить недостатков в предмете любимом, достоинств в предмете, возбудившем отвращение.

Есть явления, по-видимому, мелкие, но которые служат верным мерилом общественного развития. Так, например, мы не можем допустить высокой степени этого развития там, где на многолюдной улице большого города человек, встретив знакомого, преспокойно останавливается поговорить с ним на средине дороги, или там, где не умеют держаться правой стороны, или там, где позволяют себе ездить во всю прыть опять по многолюдным улицам больших городов. Все эти явления пахнут степью, показывают, что люди привыкли жить особе, как жили предки, дреговичи или вятичи, не понимают, что в обществе, прежде чем сделать какое-нибудь движение, надобно подумать: а что будет от этого другим?

...Язычники смотрели на жизнь человека с чисто материальной стороны: при господстве физической силы человек слабый был существом самым несчастным, и отнять жизнь у такого существа считалось подвигом сострадания.

...Главная причина падения Никона заключалась в характере царя: более твердый характер последнего сдержал бы собинного приятеля в должных пределах и первая брань предотвратила бы печальные следствия последней; Алексей Михайлович погубил своего собинного приятеля именно неспособностию своею к первой брани; слабость государей имеет иногда те же следствия, как и тиранство.

Поэтические представления тогдашнего русского человека, отрывавшие его от повседневной, однообразной жизни, переносившие его в иной, фантастический мир, — эти поэтические представления сосредоточивались главным образом около козака и его подвигов; старинные богатыри народных песен и сказок превратились в козаков, и все чудесное, соединявшееся с представлением об Илье Муромце и его товарищах, естественно, переходило теперь к козакам, которые выдавались вперед своею удалью.

Ежедневный опыт учит нас, что люди, не получившие посредством образования, посредством науки привычки идти навстречу явлениям новым, непонятным, вступать с ними в борьбу и, наконец, одолевать их как древнего сфинкса разгадкою их загадок, — такие люди всякое явление, выходящее из ряда обыкновенных, приписывают действию таинственных, сверхъестественных сил...

Общества необразованные и полуобразованные страдают обыкновенно такою болезнию: в них очень легко людям, пользующимся каким-либо преимуществом, обыкновенно чисто внешним, приобресть огромное влияние и захватить в свои руки власть.

Соблюдались еще во всей строгости старые обычаи в сношениях с чуждыми народами и их представителями, приезжавшими в Москву; но допущение все большего и большего количества иностранцев внутрь государства, явно высказываемая потребность в них, явно высказываемое признание превосходства их в науке, необходимость учиться у них предвещали скорый переворот в жизни русского общества, скорое сближение с Западною Европою.

Мы имеем полное право не сочувствовать крутым переворотам в направлениях народной жизни. Бури очищают воздух, но опустошения, которые они по себе оставляют, показывают, что это очищение куплено дорогою ценою. Сильные лекарства условливаются сильными болезнями, и мы знаем, что допетровская Россия накопила в себе много болезней, и явления преобразовательной эпохи всего лучше указывают на них.

Доброта не исключала, впрочем, свирепости и жестокости в известных случаях; те же писатели, которые хвалят доброту славян, рассказывают ужасы об обхождении их с пленными, с проповедниками христианства; здесь же следует удивляться противоречию свидетельств: так часто бывает у людей и целых народов, добрых по природе, но предоставленных влечениям одной только природы.


Книги по теме
Только интересные материалы и книги
Почтовому совенку-стажеру не терпится отправить вам письмо

Читайте также

Николай Карамзин. Последний Летописец
Мнения
Николай Карамзин. Последний Летописец
Выдержки из истории «Государства Российского»
15 цитат из книг Василия Розанова
Мнения
15 цитат из книг Василия Розанова
Выдающийся русский философ о своей родине, книгах и религии
Современники о Владимире Соловьеве
Мнения
Современники о Владимире Соловьеве
Писатели и философы об одном из самых известных российских мыслителей
Стоит ли читать «Историю государства Российского»?
Познавательно
Стоит ли читать «Историю государства Российского»?
Рассказываем об одном из самых известных трудов Николая Карамзина
5 книг, которые сложно прочесть с первого раза
Жизненно
5 книг, которые сложно прочесть с первого раза
Над этими шедеврами мировой литературы читателям придется потрудиться
Кто хорошо читает аудиокниги?
Жизненно
Кто хорошо читает аудиокниги?
Знаменитости, которые озвучивают книги лучше, чем собственный голос в голове
Персонажи книг в фильмах: ожидание и реальность
Познавательно
Персонажи книг в фильмах: ожидание и реальность
Верни мне мой 2007
Жизненно
Верни мне мой 2007
iPhone, ВКонтакте и не только: чем запомнился год, в который нам никогда не вернуться