15 цитат из произведений Евгения Замятина

Дети — единственно смелые философы. И смелые философы — непременно дети

01 февраля, 2017

«Когда произносят имя — Евгений Замятин, в сознании читателя немедленно выскакивает квадрат», — говорил о творчестве автора писатель и литературный критик Яков Браун.

На одном ребре, по Брауну, в произведениях Замятина — «уездное», Алатырь-город, откуда триста лет скачи, никуда не доскачешь, на другом — идеологии — «социальная реакционность» и все смертные грехи «мистики», «объективной контрреволюционности» и «поповщины»; на третьем — точность формы и холодное мастерство; а на четвертом — европеизм и британский рационализм. Квадрат, который Евгений Замятин всю жизнь ненавидел (эту нелюбовь он перенял у Андрея Белого), в итоге стал ассоциироваться с его произведениями.

Литературное наследие писателя невелико, но внешне его произведения такие разные, что можно только удивляться, как сонное, красочное и тяжелое «Уездное» и холодный, чистый и стройный роман «Мы» мог написать один и тот же автор.

Мы собрали 15 цитат из разных текстов Евгения Замятина, чтобы показать, насколько широк диапазон этого умного и ироничного человека:

Человек — как роман: до самой последней страницы не знаешь, чем кончится. Иначе не стоило бы и читать... «Мы»

...Секундная скорость языка должна быть всегда немного меньше секундной скорости мысли, а уже никак не наоборот. «Мы»

Дети — единственно смелые философы. И смелые философы — непременно дети. «Мы»

В октябре, когда листья уже пожолкли, пожухли, сникли, — бывают синеглазые дни; запрокинуть голову в такой день, чтоб не видеть земли — и можно поверить: ещё радость, ещё лето. «Пещера»

Как известно, человек культурный должен, по возможности, не иметь лица. То есть не то чтобы совсем не иметь, а так: будто лицо, а будто и не лицо — чтобы не бросалось в глаза, как не бросается в глаза платье, сшитое у хорошего портного. Нечего и говорить, что лицо культурного человека должно быть совершенно такое же, как и у других (культурных), и уж, конечно, не должно меняться ни в каких случаях жизни. «Островитяне»

... И математика, и смерть — никогда не ошибаются «Мы»

Красота — в гармонии, в стиле, пусть это будет гармония безобразного — или красивого, гармония порока — или добродетели. «Островитяне»

Он вынимал из мешка хлеб, хлеб был непривычнее и редкостнее, чем смерть. «Наводнение»

Атилла спросил Адолба: «Они не ходят — они больные?» Адолб посмотрел на него одним глазом и подумал, потом сказал: «Они — богатые». Но Атилла видел их лица, он знал, что они больные. «Бич Божий»

Если бы аэроплан откуда-нибудь из стратосферы падал вниз в течении двух месяцев, через два месяца — конец, но на третий — на четвертый день падения пассажиры бы уже привыкли, дамы стали бы мазать губы, мужчины — бриться... Так и весь мир теперь, привык падать, привык к катастрофе... «Записные книжки»

... Бежали скорее жить, чтобы до конца еще успеть истратить свое золото, тело, душу. Пили вино, прижимали губы к губам, кричали музыкантам: «Громче!» — чтобы не думать, не слышать. «Бич Божий»

Солдаты вскакивали. «Хуны! Где? Где?» — хватались за оружие...

Но через несколько минут все уже знали, что из императорского дворца получен приказ: всем немедленно разойтись по казармам. Офицеры ничего не понимали: что ж это — предательство? Сдают Рим без боя? Они пытались удержать солдат, но солдаты, не слушая, весело бежали вниз по лестницам, жалованье они получили только вчера, а на остальное им было наплевать. «Бич Божий»

Ваш хлеб съедают иностранцы. По приказу префекта, все иностранцы, кроме медиков и учителей, будут высланы из Рима...

Толпа зашевелилась, захлопала, закричала. «Правильно!» — «Вон их!» — «Они жрут наш хлеб!» Молодой курчавый еврей, обвешанный медными кувшинами нырнул в переулок, вся толпа с ревом бросилась за ним. «Бич Божий»

Снаружи, за стенами тихой комнаты Приска, время бушевало наводнением, потоком, события и люди мелькали, он еле успевал записывать.

Время здесь тоже превращается в воду, при чем, в самом прямом смысле: Басс присылает Приску водяные часы в форме двух соединившихся змей. Теперь для историка оно текло «чуть заметной голубой нитью, отсчитывая дни и годы. «Бич Божий»

Плохо ваше дело! По-видимому, у вас образовалась душа. «Мы»

Поделиться с друзьями
Получите книгу в подарок!
Оставьте свою почту, и мы отправим вам книгу на выбор
Мы уже подарили 8229  книг
Получите книгу в подарок!
Оставьте свою почту, и мы отправим вам книгу на выбор
Мы уже подарили 8179  книг

Читайте также

Роман «Мы» Евгения Замятина как зеркало эпохи
Познавательно
Роман «Мы» Евгения Замятина как зеркало эпохи
Идеи и социальные эксперименты конца XIX — начала XX века, отразившиеся в самом знаменитом произведении писателя
Евгений Замятин в воспоминаниях современников
Мнения
Евгений Замятин в воспоминаниях современников
Юрий Анненков, Алексей Ремизов, Николай Оцуп и другие писатели и критики о знаменитом прозаике
100 лучших пьес XX века
Познавательно
100 лучших пьес XX века
Чехов, Брехт, Стриндберг и другие авторы, чьи драмы стали классикой
Несуществующие писатели и их книги
Познавательно
Несуществующие писатели и их книги
Рассказываем о 5 вымышленных, но очень успешных авторах
Дружба, которую пора прекратить
Жизненно
Дружба, которую пора прекратить
Нездоровые отношения литературных персонажей
Цитаты, которые вдохновят на написание книги
Жизненно
Цитаты, которые вдохновят на написание книги
«Не пропадет ваш скорбный труд»: декабристы в поэзии
Познавательно
«Не пропадет ваш скорбный труд»: декабристы в поэзии
Как восстание на Сенатской площади отразилось в литературе
Рукописи горят: писатели, которые уничтожали свои произведения
Познавательно
Рукописи горят: писатели, которые уничтожали свои произведения
От Александра Пушкина до Франца Кафки
Нужна помощь?
Не нашли ответа?
Напишите нам