Севастьян уже разделся, но в воду не входил. В состоянии тихого бешенства Пасечник запросто мог подстрелить его. Да и не хотелось ему плыть за Харитоновым. Вдруг задержит его, а он возьмет и выкрутится. К тому же у Харитонова нож, что-то не было желания умирать ради того, чтобы самому оказаться за решеткой.

Милованов считал его сумасшедшим. Может, это он и убил Горохову. И чтобы убедить себя в обратном, нужно будет отработать все машины, водители которых могли видеть, как он менял запаску. Но начнет Севастьян с Канареева. Кто-то же должен подтвердить, что до двадцати минут четвертого Севастьян просто не мог находиться в городе.

Крюков склонился над трупом, осторожно взял за плечо, повернул тело на бок. Голова осталась в прежнем положении, а шея открылась, на ней и синяки от руки, и явный след от удавки. Похоже, преступник сначала душил жертву предплечьем, а потом пустил в ход удавку. Возможно, из шелковой косынки, которую Лиза носила вместо шарфа. Косынки нет, и сережек тоже.

Но чем преступник ударил жертву, пока не ясно. Может, кулаком по голове. Севастьян ощупал затылок, а ведь прощупывается шишка. И набухнуть она успела, потому что Лиза еще жила какое-то время после удара.

Женщина лежала на полу, на животе, голова набок, правое ухо вверх, мочка разорвана, сережки нет. Глаза открыты, на лице застыла гримаса ужаса, рот приоткрыт как у рыбы, выброшенной на берег. Голова не покрыта, волосы разметаны, знакомый плащ распахнут настежь, полы откинуты.

Крюков неторопливо повернулся к нему, и морально, и физически готовый к драке. Все-таки в момент удара к опасности лучше находиться лицом, а не боком. Пропустить ударную руку мимо себя, поймать ее в захват, взять на прием, Крюков это умел, и точно знал, что не оплошает.

Тем не менее егерское движение дало важнейший результат. Когда в 1917 году царь отрекся от престола, Финляндия начала дрейфовать прочь от Российской империи. Процесс был небыстрым, но кончился победой народа, который давно хотел независимости. Свобода далась дорого: в молодой стране началась гражданская война между «белыми» и «красными». И вот тут егеря сказали свое веское слово.

Первого августа 1914 года в 18 часов по берлинскому времени Германия объявила войну России. Это был ответ на всеобщую мобилизацию, которую Россия начала после того, как 28 июля Австро-Венгрия напала на Сербию. Затем последовало множество других взаимных афронтов – два блока сцепились. Началась небывалая прежде по масштабам Мировая война.

– От имени купца первой гильдии Смирнова награждаю вас за содействие в возвращении ему похищенных средств. Расписка не нужна. – И сколько тут? – желчно поинтересовался генеральный комиссар, держа руки в карманах. – У тебя две тысячи рублей, у Вихтори тысяча. На лодку хватит и еще останется на обмыть. Нотариус, недолго думая, принял деньги и вежливо поблагодарил.

Но долго раздумывать было некогда. Дверь притона открылась, и наружу полезли разбойники. Коскинен выстрелил в воздух и что-то крикнул на финском – видимо, предложил сдаться. В ответ ребята одарили его целым залпом и скрылись обратно в доме. Лыков полез за браунингом: – Глупая голова, ты не оставил мне выбора. Нешто я брошу полицейского в опасности? – Тогда поддержите меня огнем, – обрадовался финн

- Триста тысяч не иголка в стоге сена. Если ихние сыскари возьмутся за дело всерьез, они их найдут. Так что главная твоя задача – заставить работать их. Один ты в Финляндии ничего не сделаешь, какая бы ни была у тебя репутация. – Это да… – помрачнел Лыков. – Они там даже по-русски не говорят. Или по-шведски, или по-фински. Ни тот, ни другой выучить невозможно.

В середине августа в столице произошло необычное преступление. Старший кассир Русского для внешней торговли банка Хейкки Раутапяя придумал и успешно реализовал сложную аферу. Как потом выяснило дознание, он послал сам себе из разных почтово-телеграфных контор Петербурга и Гатчины двенадцать телеграмм.

Потерпевший ухаживал за собой, использовал омолаживающие крема, брился, стриг ногти. Гладкая кожа уже посинела, приоткрытые глаза казались сквозными дырами. Уголок рта был как-то сдвинут – предсмертная реакция лицевых мышц. Мужчина был одет в тренировочный костюм – в подобных советские люди редко тренировались, но часто носили дома.

На что рассчитывал этот парень?.. Он выдавил раму, стал карабкаться. Мелькнуло искаженное от страха лицо. Он не видел, что дом окружен, ослеп со страха. Перевалился через узкий проем. Прыгать с такой высоты – только ноги ломать, очевидно планировал угодить в воду, а потом перевалиться через борт лодки, забравшись внутрь нее. Все бы удалось – упади он аккуратно и прорвись сквозь оцепление.

– Колчин, кончай дурить! – крикнул Платов, – Срок же себе наматываешь! Преступник хрипло засмеялся. В принципе, его правда. За убийство, вооруженное сопротивление, возможное участие в шпионской и антисоветской деятельности – уже с лихвой хватит, чтобы получить большой срок. Подумаешь, лишняя пара выстрелов.

Люди рассредоточились вдоль стены, держались подальше от окон. Никита, пригнувшись, перебежал за беседку. Пистолет не часто приходилось доставать, но сегодня был тот день, когда пришлось. В доме что-то происходило, скрипели и хлопали дверцы шкафов.

Окрестности пруда прочесали вдоль и поперек, опрашивали граждан, может, кто-то гулял в вечернее время. Таковых не нашли, преступнику дико повезло. У искомого здания - склады фабрики фотохимикатов. Местечко – не проходное. Аппарат в телефонной будке работал. Снимать отпечатки пальцев было бесполезно, сколько людей уже хватались за трубку!

Покойник сидел на скамье – словно живой, казалось, просто задремал. Он не падал – возможно, оттого, что ноги были расставлены. Голова опущена, руки на коленях. Одет прилично – дефицитная замша, плотные брюки – явно не отечественного пошива, демисезонные ботинки – тоже не Московской обувной фабрики «Парижская коммуна».

Хозяйка дома лежала в каминном зале, раскинув руки. Немолодая, далеко за тридцать, темные кучерявые волосы, похоже, рыжие, но выкрашенные в каштановый цвет, белая в конопушках кожа лица, маленький аккуратный носик. Рот приоткрыт, оскаленные зубы блестят в утреннем свете. И глаза открыты, застывший ужас в них. Злость и ненависть к убийце.

Круча узнал об убийстве позже всех, а подъехал, обогнав по пути даже наряд. Он уже предъявлял удостоверение охраннику на воротах, не успел вложить корочки в карман, как их требуют снова. С одной стороны, все правильно, а с другой, откуда криминальный труп с такой охраной? Вроде как пулевое ранение.

Сафрон смог впечатать противника в стену, но сильный удар в спину заставил разжать руки. И еще удар, и еще – мордоворот бил, будто хотел перебить позвоночник. А еще соплежуй ударил локтем в голову.

Чекисты говорили загадками, Степан все больше убеждался, что дело здесь нечисто. Видимо, Сафрон действительно наехал на человека, которого крышевал Северьянов. И за это он должен был пострадать, но не сильно. Для начала предупреждение, а если не поймет, то и физическая ликвидация.

– Забирай свою невесту, Вася! И будь счастлив! Сафрон швырнул Людочку в сторону майора, но сам при этом остался стоять, не побежал. И напрасно курносый спецназовец навел на него свой автомат.

Спецназовцы сбили с ног Векселя, Гонсалеса, но Сафрона не тронули. Может, потому что он слишком крепко прирос к полуобнаженной невесте, обнимая ее за талию. Корсет у Людочки символический, без лифа, грудь нараспашку. Курносый паренек в каске чуть усы свои не сжевал, с вожделением глядя на нее.

Она была такой нежной и страстной, как он и надеялся. И не прерви их лакей, кто знает, что бы произошло между ними?

Может, он интересовался ею так же, как и она им? Или он просто пытается придумать способ, как отомстить ей за то, что она едва не разрушила его карьеру?

Подойдя ближе, она увидела оставленную убийцей записку. «Я лжесвидетельствовал».

Я имела в виду колонку с нашими размышлениями о видах преступлений. В конце концов, две его жертвы были женщинами. Женщины находят такое интересным, но говорить вслух им об этом не рекомендуется.

Таким непростым способом он поймет, насколько глупо принимать инвестиционные решения, руководствуясь эмпатией.

Главное, не забудь, что ты только что сказал… Потому что я попрошу не какую-то мелочь вроде роскошной машины… А кое-что, для чего требуется мощь председателя «Сунъян Групп»!

Больше никто не осмелится притеснять моих родителей или смотреть на них свысока. Спасибо, дедушка, но мне жаль говорить… Что я ударю тебя в спину!

Я знаю названия всех кассовых фильмов, которые выйдут в Голливуде. Ну или большинства из них. Моя киностудия не ошибется с инвестициями. Одного этого знания хватит, чтобы сделать меня самым влиятельным человеком в истории Голливуда.

Вы что, не заметили? Я вообще-то из будущего, которое наступит через 30 лет. Я попал в прошлое… Поэтому у меня в голове мудрость и знания сорокалетнего взрослого.

Хэ Вон, может, и злодейка… Но я — не она!

Чтобы избавиться от потенциальной наследницы клана, Моён Би долгое время поила Хэ Вон ядовитым отваром, который блокировал ее ци. Поручив лечение своим людям, она полностью контролировала состояние девушки. И держала все в тайне.

Спокойно… Может, если буду послушно следовать сюжету, после смерти вернусь в свой мир? Может, это мой второй шанс? И если я погибну здесь, я… просто исчезну?

Вы та, кто пойдет на все ради желаемого! Та, кто верит, что всё можно изменить, даже когда другие теряют надежду.

Все эти события постепенно смешались и переплелись, как нити в прочном канате. Все больше людей страдало бессонницей, все больше домов пустело, все больше ночных звуков умолкало. Именно в такой момент, за десять минут до трех, Август, сам того не понимая, спит. Оливия, вонзив ногти под глаза, истошно кричит ему в лицо. А Луи с петлей на шее делает последний шаг от своей мечты.

Все присутствующие в комнате, за исключением хозяина дома, проводили Велеса взглядом. Лица их были измождены, а глаза не выражали особого участия. Здесь не было разделения на семьи и касты, богатых и бедных, для них эта грань уже была стерта. Ведь все они чувствовали невидимую связь между собой.

О том, что Литтл Оушен погружается в безумие, догадаться было сложно. Особо наивные полагали, что расстройство сна – вещь временная и закончится буквально дня через два. Скептики же, наоборот, считали это место больным и проклятым и спешили покинуть его как можно скорее. И, надо быть честным, метод этот начинал работать уже на следующий день.

Гостиная, расположенная на первом этаже, казалась нежилой. Слой пыли на полках, неестественный порядок, спертый воздух. Август заметил серию небольших чудаковатых статуэток родом, видимо, из далеких земель. Подняв одну, он понял, что не прибирались здесь гораздо дольше, чем показалось сначала – под фигуркой полка была ярче и чище.

Мистер Гейл за свою долгую жизнь повидал немало аферистов и людей, желающих нажиться на чужом горе. Он несколько раз предлагал графу покинуть город вместе с дочерью, но каждый раз получал отказ. Граф верил, что, найдя верное лечение для дочери, сможет помочь всему городу.

Август Морган, будущий врач-психиатр, пытался сосредоточиться. Задача стояла несложная, подобные давались ему легко. Но он никак не мог найти объяснение ноющему чувству в области груди. Ощущение позабытое, прямиком из детства. Похожее он испытывал, когда собирался напроказничать и знал, что за это обязательно влетит.

Тебе все равно не удастся высвободиться из моей хватки, но я не прочь посмотреть, к каким уловкам ты еще прибегнешь.

Бабушка была права: оказывается, в этом мире действительно существуют ёкаи. Он так красив и вовсе не такой страшный, как она мне рассказывала. Было бы славно, если в будущем я бы смогла с ним еще раз встретиться.

Ёкаи, конечно, постоянно твердят, что убьют человека, но они просто притворяются жестокими и на самом деле очень ласковые.

Впервые посмотрела с кем-то фильм. Впервые получила от другого человека подарок. Впервые не чувствовала себя одиноко. Все это время жила в уединении… но сейчас я и в самом деле могу рассчитывать на подобное счастье?

Правило ёкаев гласит, что если мы были раскрыты человеком, то его необходимо немедленно убить. В противном случае нужно будет постоянно приглядывать за ним, чтобы удостовериться, что тот не разболтает все остальным, пока сам не умрет. Я решил выбрать последнее.

– Но что делать, если я столкнусь с очень сильным демоном? – Этот амулет обязательно тебя защитит, хорошенько его береги.

Даже сейчас он невероятно красив. Как можно не знать о себе подобное… Видимо, Ишиду об этом просто никто не говорил. Сколько же он страдал в одиночестве, если не знает даже такой очевидной вещи?