Оперативник нагнулся и достал несколько брусков в упаковке. В свете лампы на бумажной упаковке хорошо читалась фабричная надпись: «Тол, 250 гр».

Незнакомец громко вскрикнул и обмяк. Буторин почувствовал, как с характерным еле слышным хрустом нож вошел в человека. Короткая, длившаяся всего пару секунд, схватка завершилась.

В воздухе мелькнули лямки второго вещмешка. Буторин отпрянул назад, так и не нажав на спусковой крючок. Он не хотел стрелять на поражение в неизвестных людей, не будучи уверенным, что это враги.

Короткий странный вскрик, и диверсант вдруг исчез. Буторин остановился, присел на одно колено, поднял пистолет. Знаем мы такие фортели. Вскрикнул, а на самом деле притаился и ждет, когда преследователь подойдет поближе, чтобы выстрелить в упор.

Человек обернулся на бегу и выстрели на голос. Пуля прошла рядом с Буториным. Он выругался и еще быстрее побежал за незнакомцем.

Картина, развернувшаяся перед ними, была не очень радостная. Справа в небольшой яме торчал задний борт грузовика. Второй с проломленным бортом стоял посреди дороги и дымился. Вокруг него лежали тела пехотинцев.

Алексей проснулся в холодном поту на госпитальной койке и закрутил головой, глядя по сторонам. Нет, тот бой ему снова просто приснился, а темнота потому, что ночь.

Орудие «Зверобоя» звонко выплюнуло болванку. Из-под башни немецкого танка тут же полетели густые снопы искр. С расстояния в пятьдесят метров бронебойный семидесятишестимиллиметровый снаряд насквозь прошибает даже лобовую броню Т-IV.

Пехота несколько раз ложилась, но снова поднималась. С каждым разом все больше неподвижных тел оставалось на грязном закопченном снегу.

Соколов увидел, как закрутилась на месте тридцатьчетверка с перебитой гусеницей. Резко вильнул в сторону другой танк, прикрывая собрата, давая возможность экипажу исправить повреждение.

Соколов закрутился в люке, пытаясь разглядеть, где батальон. Если пехота прижата огнем и залегла, то одной ротой танков атаковать такой укрепленный населенный пункт будет как минимум глупо.

«Газетные вырезки пронумерованы по годам. Что же она ищет? Военная археология, состав экспедиции, раскопки в Гудаури...»

Приближаюсь к Алисе так близко, что чувствую запах ее волос – сладкий и пряный. Ее нежная кожа совсем не отдает бледностью, напротив – щеки и губы ярко пылают…

Михаил с удовлетворением отметил, что боевых навыков он еще не растерял. Успеть почти за секунду двумя выстрелами свалить двух человек, которые находились на расстоянии десятка метров друг от друга, да еще с нацеленными в тебя автоматами – это мастерство.

Оперативник нагнулся и достал несколько брусков в упаковке. В свете лампы на бумажной упаковке хорошо читалась фабричная надпись: «Тол, 250 гр».

Незнакомец громко вскрикнул и обмяк. Буторин почувствовал, как с характерным еле слышным хрустом нож вошел в человека. Короткая, длившаяся всего пару секунд, схватка завершилась.

В воздухе мелькнули лямки второго вещмешка. Буторин отпрянул назад, так и не нажав на спусковой крючок. Он не хотел стрелять на поражение в неизвестных людей, не будучи уверенным, что это враги.

Короткий странный вскрик, и диверсант вдруг исчез. Буторин остановился, присел на одно колено, поднял пистолет. Знаем мы такие фортели. Вскрикнул, а на самом деле притаился и ждет, когда преследователь подойдет поближе, чтобы выстрелить в упор.

Человек обернулся на бегу и выстрели на голос. Пуля прошла рядом с Буториным. Он выругался и еще быстрее побежал за незнакомцем.

Это случилось в ночь с третьего на четвертое октября. В дом ворвались четверо в масках и с пистолетами, Богданов только начал излагать план дальнейших действий. Когда это случилось, он оказался ближе всех к двери, через которую ворвались сразу двое.

До позднего вечера Богданов предпринимал попытки разговорить Шилкина, но тот закрыл глаза и просто игнорировал присутствие подполковника. Он отказался от еды и пил лишь воду.

Не далее, чем месяц назад «свой человек в Каире» сообщил от том, что лидер Ливии Муаммар Каддафи готовит теракт на борту самолета «Эль Аль» в Риме. Теракт был предотвращен.

Выяснить удалось следующее: в штабе командования армии некто тайно снял копии с главного плана предстоящего наступления, с предварительной датой, с расстановкой сил и со всеми возможными подробностями.

Из Каира посол привез дурные вести. Служба общей разведки получила сведения об утечке информации, касающейся военных действий, планируемых правителями Египта и Сирии против Израиля.

По факту, мощь египетской армии – есть мощь советской армии. Для мирового сообщества эти понятия неотделимы, несмотря на то, что люди, которые держат в руках оружие и управляют боевой техникой, никак не связаны с СССР.

В тревожном ожидании прошло несколько дней. Гуров и Крячко держали с агентом постоянную связь, курировали работу наружки и, выражаясь словами генерала Орлова, «пытались объять необъятное».

Вывод напрашивался сам собой: смерти Екатерины Строгановой похоже, никто не желал, или она сама не могла знать, кто и почему хочет ее убить.

Андрей сидел на кровати прямо поверх покрывала в позе лотоса, вполне симпатичное лицо носило мрачное выражение, парень не шевелился и невидящим взглядом смотрел в окно.

- Взял снайперскую винтовку, придумал коварный план, устроил засаду и начал стрелять? Нет. Там были проявлены жестокость и хладнокровие, а также действия по четко выверенной схеме.

Последний ранен в плечо, когда, как говорят, пытался прикрыть собой Горевадзе, парень задержан, находится в больнице под охраной, оружие у него было незаконно.

Стекло витрины достаточно толстое, снайпер сделал несколько выстрелов в разные точки, прежде чем оно разлетелось.

Картина, развернувшаяся перед ними, была не очень радостная. Справа в небольшой яме торчал задний борт грузовика. Второй с проломленным бортом стоял посреди дороги и дымился. Вокруг него лежали тела пехотинцев.

Алексей проснулся в холодном поту на госпитальной койке и закрутил головой, глядя по сторонам. Нет, тот бой ему снова просто приснился, а темнота потому, что ночь.

Орудие «Зверобоя» звонко выплюнуло болванку. Из-под башни немецкого танка тут же полетели густые снопы искр. С расстояния в пятьдесят метров бронебойный семидесятишестимиллиметровый снаряд насквозь прошибает даже лобовую броню Т-IV.

Пехота несколько раз ложилась, но снова поднималась. С каждым разом все больше неподвижных тел оставалось на грязном закопченном снегу.

Соколов увидел, как закрутилась на месте тридцатьчетверка с перебитой гусеницей. Резко вильнул в сторону другой танк, прикрывая собрата, давая возможность экипажу исправить повреждение.

Соколов закрутился в люке, пытаясь разглядеть, где батальон. Если пехота прижата огнем и залегла, то одной ротой танков атаковать такой укрепленный населенный пункт будет как минимум глупо.

– А потом? – заинтересовался Погожин. – Умирают, – ответил я.

– То есть, вы сказали Маргарите, что Воровский может обмануть и покупателей, да и ее тоже. Так? – наконец, заговорил Арсений.

Он вырвал у меня из рук мой телефон и опять уткнулся в экран. – Вот и те, кто ее искал до нас, так же подумали и не придали значения этому факту. Они поминутно восстановили день исчезновения, а на предыдущий – так, взглянули для проформы… – он увеличивал фотографию и рассматривал ее, ругаясь на солнце, мешавшее увидеть детали. – А в этот день она гуляла не одна! А с мужчиной… или с женщиной, пока

Валентина Матвеевна, попрощавшись с Сердюковым и Писковым, ушла, и почти сразу в зал вошел высокий длиннорукий мужчина, которого я, кажется, видел в прошлый раз. Вероятно, один из партнеров Сердюкова. Лицо его было словно вырублено из камня, глаза чуть сощурены, а рот, готовый отдать очередное приказание, приоткрыт.

– Я покопался в криминальной хронике, – продолжил Арсений, – и выяснил, что на следующий день после той оргии на окраине этого поселка была обнаружена мертвая девушка. Возбудили уголовное дело – убийство, но оно так и осталось нераскрытым.

Признаюсь, я был поражен! Дверь в тайную комнату, спрятанная настолько хорошо, что никто не сумел ее найти! Строганов – гений! Вихрь мыслей пронесся в моей голове и даже такая, что мы сейчас обнаружим за этой дверью пропавшую девушку…

Тело изнывало от ударов, в голове теперь была только одна мысль, она автоматически стала главной целью всей моей жизни ― выбраться из этого места.

Они всё-таки смогли заломить мне руки и потащили к решетке. Сам не знаю, чего я так боялся, пять минут назад я спокойно трогал эту решетку, и ничего не было.

Парень кричал, мотал головой, словно его сжигали заживо, а охрана продолжала держать его руки на прутьях. Кажется, к решеткам был подведен ток или что-то в этом роде.

Я еле разглядел немного углубленную в каменную кладку дверь. Она была того же бледно-серого цвета, что и всё вокруг. Обычный кусок железного полотна на петлях с выпирающими цифрами кодового замка.

Я постоянно оглядывался по сторонам, всматриваясь в каждую деталь, ожидая, что в любой момент из-за угла или куста выпрыгнет вурдалак и утащит меня в темноту.

После того, как в зеркалах заднего вида показалась подсвеченная городская стела, я поймал себя на мысли, что очень сильно пожалею обо всём этом, от волнения правая рука непрерывно расчесывала нервно подёргивающуюся коленку.

Любовь – безумная штука. Может подарить тебе жизнь или отнять ее. Сделать из тебя то, чем ты раньше не был – к худу или к добру. Заставить мечтать и мыслить и говорить и действовать так, как тебе не свойственно…