Писатель Игорь Евдокимов — о том, насколько актуальны правила С. С. Ван Дайна
Кадр из сериала «Менталист», 2008-2015
В прошлый раз мы с вами разобрали десять правил классического детектива, разработанных английским автором (и — внезапно — англиканским священником) Рональдом Ноксом, придя к выводу, что большая их часть вполне актуальна и сейчас, если не трактовать их чересчур буквально.
Читайте также: Правила классического детектива и как они работают. Часть 1
Однако классификация Нокса была не единственной. Еще один автор детективов, живущий на другом конце океана, американец С. С. Ван Дайн (автор серии про сыщика-любителя Фило Вэнса, нью-йоркского денди и бонвивана) предложил свою версию законов, которым необходимо следовать. И, в отличие от десяти правил Нокса, его свод насчитывает целых двадцать. Давайте разберемся, будут ли они полезнее и конкретнее или же, наоборот, устарели и абсолютно не годятся для современных авторов.
Отмечу только, что эта статья предназначается для тех, кто с «заповедями Нокса» уже знаком (хотя бы по предыдущей части), поэтому некоторые правила, дублирующие уже обсужденные, я дополнительно комментировать не буду.
Данное правило практически аналогично «восьмой заповеди Нокса». Для максимально классического детектива критично выдать читателю все улики, не раскрывая при этом их связи и значимости. Но, как мы уже говорили, его неоднократно нарушали даже классики вроде Артура Конан Дойла или Агаты Кристи, не раскрывая, на что же там в действительности обратил внимание Холмс или Пуаро.
Для мистического, полицейского и многих других поджанров детектива уже не так обязательно. НО! Ключи к тайне у читателя все-таки должны быть, а преступник/мотив/способ преступления не возникали по желанию автора, который запутался в своем произведении и торопится его хоть как-то закончить.
О-о-очень расплывчатое правило. Я предпочитаю думать об авторе как о хрестоматийном «маньяке, который хочет, чтобы его поймали». То есть оставляет запутанные улики-загадки, по которым его могут вычислить, но при этом не ФИО, паспортные данные и адрес. Играть с читателем можно, а иногда — даже нужно!
И огромное количество авторов «золотого века», а также большинство современных детективных сериалов, по мнению господина Ван Дайна, мигом оказываются дисквалифицированы. Это правило относится к максимально чистому и классическому жанру — тому, в котором не может быть ничего, кроме самой загадки.
По нынешним меркам такие истории скучны. Та же Агата Кристи или, скажем, Дороти Сэйерс, создательница замечательного лорда-детектива Питера Уимзи, неоднократно доказывали, что романтические элементы, будучи добавлены к месту и со вкусом, никак не мешают детективу. Поэтому давайте немного перефразируем: любовная линия возможна в случае, если она дополняет детективную и не перетягивает внимание на себя. Иначе это совсем другой жанр получается!
И все оборотни в погонах дружно возопили от радости! Ужасное правило, которое просто заставляет читателей автоматически исключать из числа подозреваемых всех сотрудников полиции, частных сыщиков, следователей, прокуроров и прочие интересные варианты. Более того: оно еще и автоматически связывает руки и ограничивает фантазию автора. Поэтому его можно смело исключать.
Дорогие авторы детективов, ваше право делать преступниками кого угодно, лишь бы этот выбор был обоснован и работал на пользу повествованию!
Аналог «шестой заповеди Нокса». Случайные/необоснованные признания (опять же, на мой взгляд) позволительны, но ровно настолько, чтобы они не были единственными уликами, приведшими к результату. Сыщику может помогать счастливый случай (а также мешать несчастливое стечение обстоятельств). Главное, не строить на этом весь сюжет, иначе действие начнет напоминать плохую компьютерную игру.
В Deadly Premonition — очаровательной, в общем-то, игровой вариации на тему «Твин Пикса» — сыщик, оказавшись в тупике, отправляется рыбачить и внезапно вытягивает из речки чемодан с уликами. Для странного мира и логики в духе незабвенного агента Купера это срабатывает, но, если вы попытаетесь провернуть тот же трюк в серьезной книге, читатель вас не поймет.
Спасибо, Капитан Очевидность! Но ведь поспорить не удастся! Да, детектив без сыщика — плохой детектив. Нам нужен герой, который будет искать разгадку вместе с читателем. Он не обязательно должен быть детективом по профессии, эта роль может достаться ему абсолютно случайно (поэтому, например, всегда были популярны истории о невинно обвиненном человеке, который должен очистить свое имя и найти настоящего преступника), но все эксперименты в духе «детектива без сыщика» относятся уже к постмодерну, и в классике им не место.
Есть, конечно, мнение, что детектив без убийства — не детектив. Но это правило слишком спорное и безоговорочное. Полистайте Уголовный кодекс — там полно альтернативных вариантов. Не говоря уже об изобретательности авторов.
Похищения, кражи, подделки, мошенничества — множество классиков использовали эти преступления для создания своих шедевров. Некоторые книги даже обходятся без преступления, вполне успешно заменяя его некой безобидной тайной — скажем, поиски загадочного автора, скрывающегося под псевдонимом, или разгадки причин депрессии симпатичного дедушки-соседа (этим, например, увлекаются японцы). Детектив многолик и разнообразен, не стоит загонять себя в угол одним-единственным видом расследования.
Повторяет «вторую заповедь Нокса». Если правила игры в вашей книге изначально допускают существование паранормальных сил, то использовать их можно, а вот внезапно объяснять с их помощью события, происходившие в дотоле абсолютно реалистичном романе, — нет.
Зависит от трактовки. Для классического детектива — возможно. Для всех остальных поджанров — абсолютно не важно.
Сериальные детективы вроде «Касла» или «Менталиста» всегда содержат в себе несколько главных персонажей. Можно, конечно, сказать, что центральным сыщиком там все равно является Касл или Патрик Джейн, но все же следить за групповой динамикой команды следователей иногда интереснее, чем за одним-единственным детективом. Можно привести пример «Десяти негритят», где сыщиками вынуждены стать сразу несколько гостей острова, или серии детективов про Мартина Бека, или 87 участок, где в фокусе часто оказывается группа полицейских.
«Первая заповедь Нокса». Согласен, в большинстве детективов преступником должен оказаться персонаж, знакомый читателю и действовавший в течение книги. Истории, где в финале придумывается абсолютно новый антагонист или же вину вешают на человека, который появился в одной-единственной сцене и спросил «Чего изволите?», здорово обесценивают удовольствие от прочтения.
Но, скажем, полицейские детективы-процедуралы часто сосредотачиваются на самом процессе расследования, а непосредственно личность убийцы им не так важна, поэтому им как раз может стать абсолютно посторонний человек. Изучайте жанр, в котором пишете, и отталкиваетесь от его особенностей.
Ага, «убийца-дворецкий», как раз оттуда пошло. Наследие старого доброго классового неравенства, когда прислуга за людей не считалась и представлялась в качестве безликой мебели. Именно поэтому многие низкопробные образчики жанра в 1920-х годах регулярно делали убийцами именно дворецких, при этом никоим образом не обосновывая это сюжетно и не раскидывая соответствующие улики для читателей.
Именно с этим дурным примером и призвано бороться правило. Но если дворецкий/повар/водитель на протяжении всей книги был «одним из наиболее значительных действующих лиц, хорошо известных читателю» (да еще и взрастил героя с младых лет и активно помогал в расследовании), то почему бы нет? «И ты, Дживс?!»
Правило устарело, причем еще в момент создания. Именно поэтому Агата Кристи в свое время написала «Убийство в „Восточном экспрессе“»: все читатели искали ОДНОГО преступника, поэтому финальный поворот сюжета настолько поразил тогдашнюю аудиторию и мгновенно возвел книгу в статус вечной классики жанра. Но и анекдот «зачем убийце убивать убийцу убийцы» был придуман не просто так.
Правило растет из принципа, что поединок детектива и преступника — это битва умов, и оба обладают примерно равными ресурсами. Появление тайного общества — подыгрывание злодею, которому теперь не обязательно напрягать мозг, ведь можно просто закидать проблему деньгами или подручными.
В какой-то степени — да, логика понятна, но правило настолько сужает поле игры (и полностью убивает, например, поджанр «конспирологического детектива»), что устарело. В конце концов, никто не мешает герою столкнуться с одним из представителей тайного общества, располагающего теми же способностями, что и он сам. Холмс против Мориарти, например.
Отчасти совпадает с «четвертой заповедью Нокса» и значительно ограничивает фантазию автора. Поэтому можно трактовать так: методы могут быть выдуманы, но должны совпадать с сеттингом и законами истории, которую мы пишем. Например, преступник и сыщик могут пользоваться магическими методами убийства и расследования, но тогда наличие в мире магии должно быть оговорено заранее.
Совпадает с «девятой заповедью Нокса». Очень расплывчатое правило. Насколько сообразительным мы считаем читателя и насколько хотим усложнить/упростить поставленную задачу?
Вот! Вот самый спорный закон Ван Дайна, который, к счастью, был проигнорирован и авторами, и жанром в целом! Такие «правила» для детектива — это отложенный смертный приговор. Любые попытки присвоить ему подобные критерии чистоты — литературный аналог расизма. Более того, если бы авторы продолжали слепо и неукоснительно следовать только двадцати правилам Ван Дайна/десяти заповедям Нокса, то детектив не пережил бы 1940-х.
Скажу страшную вещь: классический, чистокровный детектив образца «золотого века» сейчас скучен. В нем нет героя (только «думающая машина» вместо сыщика), в нем нет персонажей (психологизм — «наносное», «лишнее»), в нем нет атмосферы (чем меньше описаний — тем лучше). Детектив — это литературный аналог кроссворда, в котором автор должен поставить перед читателем задачу, а читатель, имея на руках все нужные улики, обязан решить ее быстрее, чем сыщик объявит правильное решение. И вот тут, простите, выясняется, что такой роман ни одному человеку не захочется перечитывать — ибо зачем? Он не регистрируется на эмоциональном уровне. Это чистейшая жвачка для мозгов — прочитал, угадал убийцу, отправил в утиль.
И не сочтите, что я сам отказываю в праве на существование «классическому детективу». Нет, произведения в этом жанре все еще прекрасны. Всегда интересно, как обставит очередное «убийство в закрытой комнате» Джон Диксон Карр или как отец Браун применит рациональное мышление и знание человеческой природы.
Только мы сейчас читаем crème de la crème этого жанра, те произведения, что выдержали проверку временем. Не говоря уже о том, что, согласно правилам Ван Дайна, некоторые выдающиеся работы Кристи или, скажем, Рекса Стаута могут считаться «плохими» или «неправильными» образцами жанра. А вот многие другие детективы, идеально соблюдавшие все правила и заповеди (включая хорошие, в общем-то, романы самого Ван Дайна о сыщике Фило Вэнса), сегодня большей частью забыты именно потому, что могут привлечь современного читателя только продуманностью загадки, оставляя за бортом все остальное.
И все наемные убийцы дружно возопили от радости, ведь никто их подозревать не будет! Правило устарело. Дорогие авторы детективов, ваше право делать преступниками кого угодно, лишь бы этот выбор был обоснован и работал на пользу повествованию, все еще никто не отменял!
Отчасти — согласен, читатель может почувствовать себя обманутым. Однако если, скажем, жертва самоубилась так, чтобы обставить все как убийство и подставить невиновного, — то почему бы и нет? А если злодей замыслил чье-то убийство и сорвался с крыши, пытаясь залезть к намеченной жертве через окно, но сыщик и читатель узнают об этом лишь в конце расследования, что переворачивает с ног на голову представление о личности погибшего? Опять же, подобные трюки использовались и в классических, и в современных детективах. Вопрос авторского таланта.
Давайте просто скажем, что правило устарело, причем уже в 1930-х годах. В качестве альтернативных примеров можно привести серию «Томми и Таппенс» или классические детективные фильмы Хичкока.
А Капитан Очевидность, смотрю, все не унимается! Этот совет нас может в такие дебри увести, из которых мы не выберемся, поэтому ограничусь высказыванием позиции: штампы и клише — это плохо, но грамотно обыгранные штампы и клише — это хорошо! Выкуси, С. С. Ван Дайн, я тоже могу придумывать открытые для трактовки формулировки! Иными словами, многие сюжетные тропы придуманы и прошли проверку годами не просто так, и далеко не все шаблоны изначально плохи.
Вот мы и разобрали с вами основные правила классического детектива. Есть, на самом деле, еще много вариантов, но именно заповеди Нокса и Ван Дайна до сих пор считаются самыми авторитетными. При всей моей иронии в их адрес нужно помнить о том, в какой исторический период они составлялись.
На рынок выбрасывались десятки и сотни поделок в копеечных журналах, которые история заслуженно забыла. Поэтому и Нокс, и Ван Дайн придумали эдакое лекарство: руководствуйтесь этими правилами и у вас, при наличии определенного таланта, получится «настоящий детектив», с логичным повествованием и без роялей в кустах.
Но любое лекарство — это яд в больших дозах. Классические образцы жанра не идеальны — хотя бы потому, что, понимая механизм стандартного детектива, опытный читатель раскроет интригу не по оставленным автором уликам, а просто за счет знакомства с основными тропами, благодаря которым он всегда подозревает дворецкого (шутка — как мы теперь знаем, по правилам дворецкого убийцей делать нельзя). Жанр дожил до наших дней именно потому, что авторы принялись пробовать эти правила на зуб и создавать все новые и новые поджанры.
«Наносное» стало «обязательным». Психологизм позволяет нам интересоваться персонажами, делая из них не просто «машину для расследований» и статистов-подозреваемых. Личная жизнь героев, их взаимоотношения друг с другом, с обществом, с эпохой, с собственными эмоциям заставляют нас возвращаться к детективам не меньше, чем, собственно, загадки, которые они подкидывают. Конечно, все всегда хорошо в меру, и важен баланс — детектив не должен становиться мелодрамой.
Жанр живет благодаря тому, что меняется, мимикрирует почище хамелеона, принимая ту форму, которую требует публика. Нам хочется грустить? Пожалуйста! Смеяться? Не вопрос! Задуматься? Конечно! Испугаться? Организуем! Детектив дает нам весь спектр эмоций в пределах одного-единственного жанра! И это я молчу, что с ним мы можем перенестись куда угодно: от Древнего Рима или дореволюционной России до мира «высокого фэнтези» с эльфами и драконами или далеких галактик.
Важны ли правила? Да. Можно ли их нарушать? Конечно, но зная, что и зачем мы нарушаем. Комментарии — это исключительно моя трактовка, с ней можно/нужно не соглашаться. В конце концов, в большинстве книжных магазинов можно найти, скажем, романы Содзи Симады, который старается писать именно осовремененные версии детективов «золотого века», причем делает это качественно и пользуется заслуженным успехом. Но если вам пришла в голову гениальная идея, то никто не мешает проверить ее по «заповедям Нокса» или «законов Ван Дайна», найти те, что она нарушает, и понять, почему эти нарушения стоят того, чтобы воплотить ее в жизнь.
В интернет-магазине «Читай-город» на книги Игоря Евдокимова действует скидка 25% по промокоду ЖУРНАЛ. Подробные условия смотрите в разделе «Акции».