Гарцская канарейка

Когда человек одержим манией, что бы это ни было - наблюдение за птицами или бегство от своего дара, навязчивое прослушивание одной и той же мелодии или подготовка к третьей мировой войне, - реальность не может не ответить ему особыми событиями. Драматическими, катастрофическими, чудесными. Большими. Имеем ли мы доступ к тем, кого мы любим? Понимаем ли мы себя? А своих детей? А своих учителей? Будет ли у нас время на то, чтобы понять все это за нашу жизнь? Успеем ли? Вот об этом - странная, невероятная книга, примиряющая внешний и внутренние миры каждого. Уравнивающая их в правах. Автор ставит удивительный эксперимент: что, если один из юных супругов - полуслепой орнитолог-любитель, а другая - вообще, похоже, птица, отказавшаяся от своего голоса? И при этом это обычная датская чета в обыденной действительности, имеющая дочь-подростка с ее личным бунтом. Так какая же линия победит - Бергмана или Новалиса? Датская проза, написанная женщиной. Загадочно и сильно.

Когда человек одержим манией, что бы это ни было — наблюдение за птицами или бегство от своего дара, навязчивое прослушивание одной и той же мелодии или подготовка к Третьей мировой войне, — реальность не может не ответить ему особыми событиями. Драматическими, катастрофическими, чудесными. Большими.

Имеем ли мы доступ к тем, кого мы любим? Понимаем ли мы себя? А своих детей? А своих учителей?

Будет ли у нас время на то, чтобы понять все это за нашу жизнь? Успеем ли?

Вот об этом — странная, невероятная книга, примиряющая внешний и внутренний миры каждого. Уравнивающая их в правах.

Автор ставит удивительный эксперимент: что, если один из юных супругов — полуслепой орнитолог-любитель, а другая — вообще, похоже, птица, отказавшаяся от своего голоса? И при этом это обычная датская чета в обыденной действительности, имеющая дочь-подростка с ее личным бунтом.

Так какая же линия победит — Бергмана или Новалиса?

Датская проза, написанная женщиной. Загадочно и сильно.

"Шарлотта Вайце — один из лучших датских прозаиков".

Kristeligt Dagblad

"Вайце создает невероятное напряжение, переходя от сказочного к готическому и сюрреалистическому, и дальше — к драме повседневной жизни".

Politiken