Рейтинги
Портрет Корнея Чуковского, Илья Репин
Что мы знаем о Корнее Чуковском? Прежде всего то, что он — популярный детский писатель, автор «Мойдодыра», «Айболита», «Мухи-Цокотухи», спутников ранних лет практически каждого русскоговорящего человека. Но при этом мы часто даже не подозреваем, что за веселыми, ритмичными, легко запоминающимися и на первый взгляд простыми строками стояла личность с удивительной судьбой. Не только детский писатель, но и блестящий критик, переводчик, исследователь языка, человек редкой работоспособности и огромной внутренней силы.
Собрали 10 интересных и местами неожиданных фактов о Корнее Чуковском — для тех, кто хочет взглянуть на классика чуть шире школьной программы.
Жил под чужим именем и был «незаконнорожденным»
Настоящее имя писателя — Николай Корнейчуков. Он был внебрачным ребенком крестьянки-прислуги и сына богатого врача-еврея. В семье было строго запрещено говорить об отце. В пятом классе гимназии его исключили из-за «низкого происхождения». Псевдоним «Корней Чуковский» он взял в 1901 году, а после революции официально стал Корнеем Ивановичем. Отчество «Корнеевич / Корнеевна» носили и его дети.
Интересно, что псевдоним звучит удивительно органично: в нем есть и мягкость, и музыкальность, и какая-то сказочная интонация — идеально подходит именно для автора детских книг.
Стал литератором случайно
В радиоэссе «Как я стал писателем» он признавался: все началось с того, что на одесском базаре Чуковский купил самоучитель английского языка. Эта случайная покупка открыла ему дверь в мир перевода, журналистики и большой литературы. Одесса вообще сыграла в его судьбе особую роль: именно в этом городе началось его становление как будущего писателя и мыслителя.
Корней Чуковский с женой и сыном Николаем
Но если журналистом и критиком Чуковский стал благодаря самообразованию, то детским писателем — исключительно благодаря отцовской любви. Однажды он ехал в поезде с больным сыном Николаем. Чтобы как-то развлечь мальчика, Чуковский начал сочинять вслух, — и прямо на ходу, под стук колес, родилась сказка «Крокодил». Это было в 1917 году, и именно с этого момента, по сути случайного и вынужденного, началась его слава «главного сказочника». Писатель вспоминал об этом с иронией:
«Я написал двенадцать книг, и никто не обратил на них никакого внимания. Но стоило мне однажды написать шутя «Крокодила», и я сделался знаменитым писателем. Боюсь, что «Крокодила» знает наизусть вся Россия. Боюсь, что на моем памятнике, когда я умру, будет начертано «Автор „Крокодила“».
Корней Чуковский
Не имел высшего образования, но дважды стал доктором наук
Парадоксально, но великий знаток русского слова и блестящий переводчик не получил системного образования. Тем не менее именно он, самоучка из Одессы, дважды всходил на академический Олимп. Сначала — в 1957 году, когда ему присудили степень доктора филологических наук в СССР. Затем — в 1962-м, когда Оксфорд, один из старейших университетов мира, наделил его званием почетного доктора литературы (Honorary Doctor of Letters). Так они отметили его труд: исследования языка литературы (например, «Живой как жизнь. О русском языке») и перевод стихотворений Уолта Уитмена, который до сих пор считается непревзойденным.
Прославился как журналист, переводчик и литературный критик
Для большинства читателей Корней Чуковский — сказочник, автор «Мойдодыра» и «Мухи-Цокотухи». Но сам он никогда не считал эти произведения главными в своей жизни. До того, как его «присвоила» детская литература, Чуковский был фигурой совершенно иного масштаба — блестящим журналистом, острым литературным критиком и переводчиком, чье имя гремело в столичных газетах и журналах.
Его статьи, всегда полемичные, расходились на цитаты. Он писал о литераторах с такой проницательностью, что его сборник «От Чехова до наших дней» стал важной вехой в русской критике. А фундаментальным трудом о Некрасове писатель гордился больше всего. Да и переводы Чуковского, прежде всего Уитмен, которого он открыл для России, — это не подстрочник, а высокая литература.
Сам автор ценил эти «взрослые» работы куда выше собственных сказок. И с горечью признавался:
«Все другие мои сочинения до такой степени заслонены моими детскими сказками, что в представлении многих читателей я, кроме „Мойдодыров“ и „Мух-Цокотух“, вообще ничего не писал».
«О себе», Корней Чуковский
Работал корреспондентом в Англии
Представьте: молодой человек, который выучил английский по дешевому самоучителю и говорил с таким акцентом, что англичане едва его понимали, поехал в Лондон работать корреспондентом! Именно так началась английская одиссея Корнея Чуковского.
Он справился блестяще. Лингвистический талант оказался сильнее языковых барьеров. Чуковский посылал в Россию статью за статьей: о британской литературе, театре, живописи. Он даже переводил Уолта Уитмена, хотя до него никто не решался браться за этого сложнейшего поэта.
Но идиллия длилась недолго. Когда российские газеты закрылись, Чуковский в одночасье остался без средств к существованию в чужой стране. Молодому журналисту пришлось покинуть Англию, и он даже представить не мог, что во время следующей поездки сюда он встретится с Гербертом Уэллсом, Артуром Конан Дойлом и королем Георгом V.
«В 1903 году редакция решила послать меня в Лондон собственным корреспондентом. Невозможно было и представить себе, что я — полунищий мальчишка вдруг могу поехать этаким барином в Лондон с жалованием сто рублей в месяц».
«Как я стал писателем», Корней Чуковский
Был выдающимся переводчиком
Чуковский был одним из самых значительных переводчиков в истории русской литературы. Он не просто пересказывал иностранные тексты, а создавал их заново на русском языке, считая перевод высоким искусством, а не механическим ремеслом. Его подход был творческим: Чуковский стремился передать не только смысл, но и ритм, интонацию, энергию оригинала. Свои принципы он описал в книге «Высокое искусство».
Благодаря Чуковскому русскоязычные читатели познакомились с поэзией Уолта Уитмена, прозой Редьярда Киплинга, романами Даниэля Дефо и Марка Твена, сказками Оскара Уайльда и новеллами О. Генри. Все эти переводы выдержали испытание временем и до сих пор считаются эталонными.
«Выброшены только незаметные и мелкие слова: „ну“, „уж“, „и“, „мы“, „еще“, „как“, — смысл остался незыблем, а между тем вся эмоциональная выразительность этих стихов пропала».
«Высокое искусство», Корней Чуковский
Написал одну из самых удивительных книг о детской речи
Наряду со сказками Чуковский создал еще одну уникальную книгу — «От двух до пяти», посвященную детской речи. В ней он собрал и проанализировал сотни детских высказываний, показав, что словотворчество малышей — это не ошибки, а особая форма познания языка, полная логики и смысла.
Книга стала классикой педагогики и детской психологии. Ее с интересом читают родители, воспитатели, учителя и все, кто хочет понять, как ребенок осваивает мир через слово. Написанная живым, остроумным языком, она остается актуальной и сегодня.
«— Бабушка, ты умрешь?
— Умру.
— Тебя в яму закопают?
— Закопают.
— Глубоко?
— Глубоко.
— Вот когда я буду твою швейную машинку вертеть!»«От двух до пяти», Корней Чуковский
Детские сказки Чуковского не так просты, как кажутся
За внешней легкостью и развлекательностью сказок Чуковского скрывается продуманная психологическая структура. Каждое произведение затрагивает важные для детского развития темы: борьбу с хаосом («Федорино горе», «Путаница»), преодоление страха («Тараканище»), сострадание и помощь слабому («Айболит»), торжество справедливости («Крокодил»).
Благодаря этому сказки не только развлекают, но и помогают ребенку осваивать эмоциональный мир, учиться справляться с тревогой, развивать воображение и чувство языка. Каждая история, даже самая абсурдная или страшная, заканчивается благополучно, — и это создает у ребенка ощущение безопасности и веры в добро.
Сказку «Тараканище» современники восприняли как политическую сатиру
Образ маленького усатого таракана, который одним своим видом приводит в трепет львов и слонов, а потом велит приносить ему на обед маленьких детей, в 1920-е годы воспринимался совсем не как детская страшилка. Слишком явно напрашивалась параллель с тираном, который запугивает целую страну, и с толпой, которая в ужасе выполняет любые, даже самые абсурдные приказы. Позднее многие увидели в сказке злую карикатуру на Сталина — уж слишком выразительны были его усы...
Иллюстрация Владимира Конашевича
Именно поэтому «Тараканище» называли «вредной книгой», изымали из библиотек, а Чуковского подозревали чуть ли не в контрреволюции. Надежда Крупская требовала запретить «чуковщину», а писателя вынудили публично покаяться.
Но был ли этот подтекст задуман автором? Скорее всего, нет. Чуковский писал для детей, и для них это просто смешная и страшная история про природу страха. А политический смысл в нее вложили уже взрослые.
Младшая дочь писателя Мурочка стала героиней его стихов и рассказов
Маленькая девочка, чье имя звучит как эхо счастливого детства и одновременно как незаживающая рана в сердце Корнея Чуковского. Мурочка была его любимицей, музой, соавтором игр, из которых рождались бессмертные строки. Но в 11 лет ее не стало. Костный туберкулез оказался сильнее лучших врачей.
Дочь писателя Мария
Отец, потерявший дочь, словно потерял и самого себя. Из дневниковых записей того времени сочится такая боль, что читать их без содрогания невозможно. Признаваясь в собственной «пошлости» и «дрянности» по сравнению с ее светлой памятью, он писал:
«Ничего не делаю, не думаю, не хочу. Живу в долг, без завтрашнего дня, живу в злобе, в мелочах. <...> Теперь только вижу, каким поэтичным, серьезным и светлым я был благодаря ей. Все это отлетело...»
Детские сказки после Мурочки почти не писались: голос, который звучал для нее одной, умолк. Но осталась «Муркина книга», остались «Мойдодыр» и «Айболит», рожденные в игре с ней. И осталось удивительное понимание детской души, которое Чуковский представил позже в книге «От двух до пяти». В поздние годы его жизнь была связана с Переделкино, а знаменитая «Чукоккала» стала живым памятником его литературного круга.
