Черный тополь

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ ЧАСТЬ КРАСОЧНОЙ КИТАЙСКОЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ ДРАМЫ О ПОПУЛЯРНОМ АРТИСТЕ ПЕКИНСКОЙ ОПЕРЫ И ЕГО ДРУЖБЕ С ЛЮБИТЕЛЕМ ИСКУССТВА. Наступил шестой лунный месяц, Шан Сижуй снова ставил свежую пьесу. Но в это же время в труппе «Шуйюнь» начинаются проблемы. Она оказалась на грани банкрота и ее покинула почти половина актеров, прихватив с собой реквизит. Шан Сижую не хватало денег даже на театральные костюмы и ему приходилось искать помощи. Тем временем война дошла до Бэйпина. Город оккупировали японские солдаты. Шан Сижуй и Чэн Фэнтай попадают в трудную ситуацию. Военные оказывают на них давление и требуют сотрудничать. Перед Шан Сижуем и Чэн Фэнтаем встает мучительный выбор: бороться за то, что они с таким упорством и трудом создали, или же сдаться и потерять все навсегда. Причины для покупки: 1. Чарующая атмосфера традиционной пекинской оперы и неподражаемый яркий антураж. 2. Новелла, которая мгновенно стала хитом не только на родине в Китае, но и по всему миру. 3. Одноименная экранизация, вышедшая в 2020 году. 4. На обложке и суперобложке изображения от талантливой художницы KATIKO. Издание также дополняют ее три внутренние иллюстрации с главными героями книги. 5. Для поклонников «Благословения небожителей», «Основателя Темного Пути», «Система Спаси-Себя-Сам для Главного Злодея» Мосян Тунсю, «Тысячи осеней» Мэн Сиши и «Восхождения фениксов» Тянься Гуйюань.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. В северной деревне есть старинное поверье: к вдовам и молодым женщинам прилетает змий огнеярый — ночное чудовище с огненным хвостом, ищущее себе жертвы. Собирательница фольклора Марья и следователь Георгий не верят в реальность этой сказки. Но постепенно миф обрастает страшными подробностями, новыми исчезновениями и жестокими убийствами… Там, где мифы соседствуют с алчностью, остановить древнее зло способна только любовь. «Эта книга смело поднимает нравственные вопросы, пытается разгадать загадки преступления и покаяния, соблазна и чистоты.  В ее мистическом фундаменте — традиционная язычески-славянская мифология, соседствующая с православными реалиями. За которыми образная объемность, художественная сила и настоящая трагедия. Сквозь репризу повседневности просвечивает острый детективный сюжет: ярко, страшно. Но сквозь страдание мира невероятно, сильно и ожидаемо, пробивается радость». — Елена Крюкова, литературный критик «Pechorin»