– Гуманного оружия вообще не существует,…

Горшеня боится быть умный. Умный – злой, умный – несчастный, умный только себя любит. Горшеня хочет быть дурак,…

Может как раз через смерть ты и связан с миром ?

Есть вещи, о которых говорить вслух все же не следует.

Его психику постоянно клинило между комплексом неполноценности и осознанием собственного превосходства.

-За приобретение чего-то драгоценного человек обязан платить. Таков закон в мире.
-Возможно. Однако не всегда удаётся различить, что такое драгоценная вещь, а что плата. Зачастую они страшно перепутаны между собой.

И даже местные духи – тоже мои! Я стану здесь править! А вас всех, чуть что…
– Веником? – спросил Донгар.
– Почему веником? – опешила подпрыгивающая на троне нижняя албасы.
– Не знаю, – Донгар смутился. – Просто показалось… Как навеяло откуда-то, – словно извиняясь перед Черной, развел руками шаман.

– Храму что, в Нижний мир провалиться ради твоего счастья?
– А это было бы счастьем для всего Сивира!

– Она видела, как энергично вы действовали во время коварного нападения черного кузнеца! – пришла на помощь Кэтэри.
– Да? – Отвислые щеки Синяптук зарозовелись от удовольствия, она даже трястись перестала. – Королева видела, как я растаявшую башню в ведерко собирала?
– Вы замечательно собирали башню в ведерко! – с чувством согласилась Солкокчон. – А уж как тряпкой орудовали!

– Слыхала? У нас большой общешкольный праздник – Тайрыма с подружкой нас покидают!

– Все верно, маленький жирный человечек, – рассеянно перебила его жрица. – Именно из таких отчаянных девчонок и вырастают потом лучшие жрицы!

– Свадьба? Как у тебя с отцом? Нет!

Такое чувство, что вместе с воспоминаниями ты покупаешь душу.

У плохого человека не может быть приятного смеха.