"Глядя в окно, я начала понимать влюбленность Дмитрия в эту страну. Да, она выглядела как заросшая низкорослым кустарником бесплодная равнина, но с весной повсюду пробивалась зелень, и было что-то мучительно прекрасное в зрелище этих земель, которых не касалась рука человека."!

"Любовь не призывает развлекаться в задней комнате на вечеринке. Она является смыслом жизни, и одновременно для нее ты готов пожертвовать этой жизнью."

"Сердце разлетелось на осколки, и мой мир вместе с ним.
«Ты потеряешь то, что ценишь выше всего…»
Вот о чем говорила Ронда. Даже не о жизни Дмитрия.
«Что ценишь выше всего».
Это была его душа."

"Вся его бравада исчезла. Одно дело — хорохориться в обычной ситуации, и совсем другое, когда тебя держит за шкирку по-настоящему крутой, по-настоящему высоченный и по-настоящему взбешенный русский парень."

"...не пытайтесь дважды пройти одним и тем же путем."

Всего один день. Теперь-то уж я точно не влипну в какую-нибудь историю.
Как всегда, мне и в голову не приходило, как же я ошибался!

«Так вышло» — из этой фразы получился бы отличный эпиграф к любой человеческой жизни.

Наши родители – наши первопроходцы и во взрослости, и в зрелости, и в старости, и в смерти. Мы внимательно смотрим на них, понимая, что этими тропами идти и нам.

Не в ножках счастье, а в гемоглобине!..

Каждому было что скрывать от другого.

Скрытность убивала искренность.

Курица, твоя биологическая энергия перетекает в меня!

Ты отдаешь ее мне без остатка!

Я становлюсь сильнее, активнее, моя кожа молодеет!

Отдай же мне все без остатка, курица, без обиды и зависти, и в следующем своем рождении в награду за свое великодушие ты родишься китом!

Я уже однажды встречал человека, который точно так же смотрел на мои зубы. Это было вечером в тихом зеленом сквере, где чудно пели соловьи. Что было дальше, я не помню. Я очнулся на заплеванном асфальте. Бумажник исчез. А соловьи пели все так же чудно…

– Кто? Я не люблю детей?

Это ты мне говоришь, маечник? – возмутился Ягун. – Я их просто обожаю, но только в трех видах: жареном, вареном и спящем. Во всех прочих видах детей надо держать в клетке, через которую пропущен ток. Дети – это мухоморы жизни.

Слово «конец», написанное жирным шрифтом, следовало воспринимать буквально.

Вы это видели? Если не видели – срочно запустите окулярами в своего окулиста, потому что ничего уже вам не поможет!

– Трупенция Могилова, солнце мое ясное! Однообразие твоих шуток меня угнетает!

– Ясный перец. Ты ж по жизни угнетенный.

Это само собой, что гадость.

Вопрос только: гадость против меня или гадость, когда я в доле?

Важный такой бизнес-нюанс!

Сейчас кто-то получит по харизме!

Через минуту ты поймешь, что ты никто и зовут тебя никак!

Преувеличение своих заслуг – основа всякой интеллектуальной деятельности.

И хоть я твою девушку не знаю, а она мне уже заранее не нравится!

Сегодня ночью я совершенно свободна.

Свидание все равно накрылось медным тазом.

Да и мои дорогие пажи тоже не сильно рвутся меня спасать.

То-то я не слышу, как бряцают в коридоре их шпажонки и кинжальчики

Я девушка глубоко порядочная, имеющая абонемент в загс.

А ты на что надеялся, котик?

На романтическое трио: ты, я и луна?

Нолик счета не испортит.

Снимай меня, олух!

Если план будет недостаточно крупным, я тебя заморожу!

Если слишком крупным – проломлю башку!

Вина, или, точнее, ощущение вины, делает отношения нежнее – это истина стара, как мир, и бородата, как Сарданапал.

Счастлив не тот человек, у которого есть для этого основания, а тот, у кого достаточно жизнелюбия, чтобы радоваться всему, что с ним происходит, и не напрягаться каждую секунду, ожидая удара в спину. Такой человек словно изнутри светится! Весь мир для него, даже если у него в кошельке вместо денег одни дохлые мухи да крошки от хлеба!

Ну ты даешь! Прям турникетом мне извилины защемила!

Взбухать сейчас – все равно что швырять гнилыми помидорами в белый плащ своего авторитета…

Я ему ласты поотрываю, а самого в воблу превращу и в пустыню телепортирую!

– Что такое «кыр дык»?

– Лучше вам этого не знать!

Это я как лингвист говорю!

Мертвые куда честнее живых!

Это факт, который не подлежит сомнению.

Кому суждено быть повешенным, тот в пучине не сгинет и в огне не сгорит.

Для подростка излишне много копаться в себе – все равно что для взрослого пить горькую.

Когда тебе перевалит за девятьсот, о торте со свечками придется забыть. Иначе водяные решат, что начался пожар.

Только не по голове!

Она у меня и так плохо думает!

— Люди забыли эту истину, — сказал Лис, — но ты не забывай: ты навсегда в ответе за всех, кого приручил. Ты в ответе за твою розу.

Таким был прежде мой Лис. Он ничем не отличался от ста тысяч других лисиц. Но я с ним подружился, и теперь он — единственный в целом свете.

– Раз уж мы теперь на «ты», то я, пожалуй, закурю, – сказала извиняющимся тоном. – Так мне лучше думается. Ты не возражаешь?
– Мадемуазель, вы полны сюрпризов. – Сергей завороженно наблюдал, как она прикуривает. Все его сверстницы, с их показной взрослостью и манерностью, не годились ей даже в подметки. Он не думал, что курить можно так... аристократично.

У ее судьбы не было лица, зато у нее были ясные, кристально-прозрачные глаза. Эти глаза смотрели на Ядвигу со смесью тоски и любопытства. Тоски было море, а любопытства – лишь капля.

Школа-то элитная, в ней учатся детишки очень непростых родителей. Многих на занятия привозят на служебных тачках. Некоторые спесивы, некоторые ленивы без меры, некоторые тупы. Но все они без исключения для своих родителей душки, умницы и гении. И не пытайся выводить их из этого заблуждения, если тебе дорога твоя работа.

У ее судьбы не было лица, зато у нее были ясные, кристально-прозрачные глаза. Эти глаза смотрели на Ядвигу со смесью тоски и любопытства. Тоски было море, а любопытства – лишь капля.

– Это любовь делает людей беспомощными.

* Процесс Творения помогает вам создать то, чего вы хотите, всего за три простых шага: попросить, поверить и принять.

– Я никогда не была в раю, как можно превратить в ад то, что адом является?

Сама невеста, услышав такое предложение, едва не упала в обморок, Елизавета уже привыкла к мысли, что ей придется стать женой больного и немного странного Карлоса, но не мачехой же!

Нострадамус, как его немедленно обозвала Альфонсина, не ошибался в своих предсказаниях, он предрек Екатерине и судьбы будущих детей, и судьбу мужа, и ее собственную. Оставалось только убеждаться в правоте слов провидца…

Екатерина придумала помаду, потому что губы королевы не отличались яркостью…

Она знала: главный предатель – это Генрих. Больше не существовало той страдающей четырнадцатилетней девочки, мысленно умолявшей: «Ну посмотри на меня! Хотя бы посмотри!» Ее чувство отныне было похоже на болезнь, про которую знаешь, но победить не в силах, так заноза, попав в тело и не будучи удаленной сразу, должна нарвать сама и вытечь гноем. Любовь-болезнь была иной, тоскливой, безнадежной, но она уже не причиняла такой сильной боли, заставив душу закостенеть.

…умение брать саму себя за горло и улыбаться, несмотря ни на что, очень пригодилось ей в жизни. Большую часть жизни бедолага только это и делала.